Снится война. 100-летний ветеран - о войне, Москве и секрете долголетия

Василий Иванович Науменко — один из немногих ныне живущих мужчин, кто не просто застал Великую Отечественную, а прошёл её до последнего дня: зенитчиком, командиром пулемётного расчёта, защищавшим небо от фашистских самолётов. В Москву он попал благодаря красавице с журфака МГУ.

На днях Василию Ивановичу ему исполнилось ровно 100 лет. Большую часть времени он проводит лёжа — возраст и болезни берут своё. Но когда корреспондент АиФ попросили его о разговоре, он согласился: нашёл в себе силы вспомнить детство, войну, переезд в Москву и ответить на главный вопрос — как прожить жизнь достойно и долго. А ещё — рассказать, как женился на выпускнице МГУ: вернувшиеся с фронта тогда могли себе позволить выбирать женщин.

Погонят в Германию

Василий Иванович родился в Сальском районе Ростовской области. Детство прошло в сельской местности, где у каждой семьи было хозяйство — куры, гуси, свиньи, коровы. Говорит, что свободного времени почти не оставалось. Только на игры в городки да «рюхи» (деревянные чурки) —сбивать. Учиться ему нравилось, был хорошистом, любил литературу, а из поэтов выделял Маяковского.

В 1943 году, когда ему ещё не было семнадцати, его призвали в армию. Науменко объяснил, что фронт подходил близко, и была реальная угроза. Мол, допризывников немцы могли угнать в Германию на работы. Естественно, пришлось вставать под ружье и идти к своим.

«Дали зенитные пулемёты, установили. Объяснили: если будет вражеский самолёт лететь — нажимай на гашетку, стреляй. Вот и всё обучение», — вспоминает ветеран.

Служил он младшим сержантом в 37-м зенитно-пулемётном полку. Половина личного состава — женщины. Командиром отделения поставили его — совсем молодого парня. Выбирать было не из кого.

«Девушки в нашем расчете были старше нас, ухажёров. Ухажёры ещё не знали, как подойти, что сказать, нам всего по 18. А девушкам было около 23–25 лет», — с улыбкой вспоминает Василий Иванович.

Полк Науменко участвовал в освобождении Смоленской области, Белоруссии и Польши. Особенно тяжёлыми были бои на Сандомирском плацдарме. О завершении войны Василий Иванович узнал уже в Варшаве. Свой фронтовой подвиг ветеран скромно называет обычной работой. Его «обычная работа» отмечена медалями «За отвагу» и «За победу над Германией».

Невеста с журфака МГУ

После войны Василия Ивановича оставили служить старшим воздушным стрелком в 63-м бомбардировочном авиационном полку. Демобилизовался только в 1953. А в Москву попал благодаря будущей жене.

«Я работал в Ставропольской краевой молодёжной газете, заведовал редакцией. Туда по распределению прислали выпускницу факультета журналистики МГУ. Маргарита Владимировна, коренная москвичка. Познакомились мы, полюбили друг друга, и поженились», — рассказывает ветеран.

Маргарита была старше жениха на два месяца. Работала красавица в отделе культуры, а Василий — в хозяйственной части. Но иногда и сам писал заметки. Жена помогала ему с публикациями.

«Она была грамотнее, за плечами — Московский университет», — признается Василий Иванович.

Сам же он, прибыв в Москву, висеть на шее у жены был не настроен. В 29 лет, будучи еще юным Васей, поступил в Московский нефтяной институт имени И.М. Губкина. Учился и подрабатывал. После работал инженером на Московском нефтеперерабатывающем заводе в Капотне, а затем возглавил отдел охраны труда и промышленной санитарии в Министерстве нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности.

С женой они прожили долгую совместную жизнь. Потом она умерла, но остались двое детей: дочь — воспитатель, музыкальный руководитель в детском саду, и сын — работает на себя, навещает по праздникам.

«Самый значимый для меня праздник — День Победы. Война кончилась. Переломный момент» — считает ветеран.

«Дома бы не дожил»

Сегодня Василий Иванович живёт в геронтологическом центре. По словам заместителя директора Натальи Поронькиной, он — один из немногих мужчин-долгожителей. Из 600 проживающих 10 человек перешагнули столетний рубеж, но среди них всего двое мужчин.

«Он очень культурный, интеллигентный, не капризный. Поздравляли его со столетием день в день — 10 сентября. Дарили юбилейный пирог, письмо от президента России, памятные часы. Он был так доволен, реагировал настолько искренне, как ребёнок. Сказал: "Если бы я жил дома, я до 100 лет точно бы не дожил, только благодаря учреждению"», — передаёт его слова заместитель директора.

В этом геронтологическом центре создана мультидисциплинарная команда: врачи, медсёстры, психологи, инструкторы ЛФК. Для каждого постояльца разрабатывается индивидуальная дорожная карта. Работают занятия на поддержание памяти, мышления, внимания.

«Главная цель — не просто обеспечить уход, а помочь человеку сохранить качество жизни, чувство собственной значимости, оставаться активным участником своей жизни», — подчёркивает Наталья Поронькина.

Василий Иванович подтверждает, в центре есть всё, ничего не нужно. Обходительные люди, есть с кем пообщаться, есть что почитать. Правда, читать он уже не может — работает лишь один глаз, и то видит плохо. Даже телевизор не смотрит, только слушает. Большую часть времени — дремота.

«Быть честным — и перед людьми, и перед собой»

На вопрос о секрете долголетия Василий Иванович отвечает просто и чётко.

«Надо быть честным, — говорит ветеран. — И перед людьми, и перед самим собой. Самое главное в том, что ты делаешь, чтобы это было правильно, не во вред. Люди за честность иногда страдают. Но всё равно: когда дают —бери, а бьют — беги. Не надо скулить, жаловаться».

Про вредные привычки ответил честно. Бросить курить было трудно, но бросил. К алкоголю относился спокойно, мог пригубить по праздникам, не злоупотреблял.

«Я не скажу, что у меня были какие-то особые правила, режим дня. Воспринимаю жизнь такой, какая она есть», — говорит он.

Василий застал несколько периодов истории: и сталинские времена, и брежневский «застой», и нынешние. Легче всего, по его воспоминаниям, было в хрущёвскую оттепель — тогда он молодым парнем работал в краевой молодёжной газете.

«Почувствовал, что стало свободнее: больше тем, больше музыки, больше танцев», —припоминает ветеран.

Вот только многое стало стираться из головы. Но память его не подводит, когда речь заходит о главном. О войне, о жене, о детях, о честности. И о том, что жизнь — какая она есть — всё равно надо принимать.

«Как может себя чувствовать человек, которому 100 лет? — усмехается Василий Иванович. — День по большей части, по правде сказать, на правом боку. Вся жизнь была на колёсах, в разъездах. Теперь сплю больше, но просыпаюсь, вот как сегодня, от снов в которых вижу войну».