Война внутри НАТО? Легко!
Вторгнется ли Дональд Трамп в Гренландию, пока не знает даже он сам. Однако в корне неправы аналитики, считающие, что такое вторжение станет первым вооружённым конфликтом между странами НАТО. Без малого тридцать два года назад пехотинцы и лётчики двух членов этого миролюбивейшего из военных блоков уже убивали друг друга, а заодно и сами себя.
Случилось это на острове Кипр, который после ухода британских колонизаторов превратился в яблоко раздора между православной Грецией и мусульманской Турцией (благо греков тут жило почти 80%, а турок около 20%). При этом большинство греков, включая первого президента республики Кипр и главу Кипрской Православной Церкви епископа Макариоса, не особо горели желанием присоединяться к Греции. Да и среди турок хватало желающих держаться в стороне от соотечественников в Азии.
Однако сторонники воссоединения с обеих сторон очень старались, Афины и Анкара помогали создавать им отряды боевиков, и, как говаривал незабвенный Майкл Горби, «процесс пошёл». После столкновений в 1963-1964 гг., унёсших жизни 538 греков и турок, около 25 тысяч последних бежали на север острова, а около 2 тысяч христиан – греков, армян и ливанцев – на юг. Ну и ещё через десять лет вспыхнула настоящая война.
Начала её Греция, где военная хунта, именуемая «чёрными полковниками», правившая страной с 21 апреля 1967 года, теряла популярность и погрязла во внутренних склоках. Когда взбунтовавшийся Афинский политехнический университет пришлось штурмовать с помощью танков, а восставшие моряки угнали в Италию эсминец «Велос», глава военной полиции Димитриос Иоаннидис сверг своего товарища по хунте – президента Георгиоса Пападопулоса. После чего решил вдохновить подданных присоединением Кипра. Тем более местной Национальной гвардией командовали греческие офицеры, а сверх того на острове размещались подразделения из самой Греции.
Иоаннидис рассчитывал на поддержку Вашингтона и получил намёки, что там не против – ведь американцы приход к власти «чёрных полковников» хотя официально и не одобрили, но то официально. Когда непосвящённый посол США в Афинах Филлипс Тэлбот назвал путч «чёрных полковников» «изнасилованием демократии», руководитель греческой резидентуры ЦРУ Джек Мори риторически спросил: «Как можно изнасиловать шлюху?» Кроме того бывший госсекретарь Дин Ачесон ещё после межнациональных столкновений, предложил присоединить к Греции примерно 90% острова, а к Турции - то, что осталось. Когда же Макариос отказался, демонстративно запросил помощи у СССР и получил её – вплоть до поставок старых танков Т-34-85 и тогда современных противотанковых ракет «Шмель», владыку в Белом Доме прозвали «Средиземноморским Кастро». Со всеми вытекающими последствиями.
Макариоса скинули 15 июля 1974 года без особого труда, но он смог сбежать и уже 19-ого, выступая в ООН, обвинил в перевороте афинскую хунту. США путч осуждать не стали, и греки сочли, что Вашингтон удержит турок от вмешательства. Тем более турецкий президент Бюлент Эджевит считался озабоченным, прежде всего, социальными проблемами (поддерживал право рабочих на забастовки и наделение малоимущих крестьян землёй). Да и вообще прекраснодушным интеллигентом (переводил с английского, бенгальского и санскрита, и даже писал стихи).
Путчисты ошиблись. Интеллигентный Эджевит не собирался сдавать кипрских турок. И к тому же понимал: прояви он слабость, генералы всё равно в бой пойдут, только перед этим его самого скинут. Высадка турецкого десанта началась 20 июля, на следующий день начали перебрасывать подкрепления и греки. Турки назвали свою операцию в честь вождя свирепых гуннов Атиллы, греки закодировали свой план именем прекрасной богини любви Афродиты.
Как и положено, отвага на поле боя гармонично сочеталась с раздолбайством. Командир экипажа подбитого, затрофеенного и отремонтированного турецкого танка кипрский коммунист Константин Дросос, незаметно пристроился к колонне таких же «Паттонов» американского производства и в разгар их атаки открыл огонь. Две машины сгорело, ещё пять были подбиты, остальные отступили.
Столь же метко стреляли и кипрские зенитчики, но, увы, по-своим. Приняв за турецкий десант транспортные самолёты, перебрасывавшие батальон спецназа с Крита, они завалили один борт и два повредили. Среди членов экипажа и спецназовцев погибло 33 человека, а ещё 10 были ранены. Повреждённые транспортники пришлось сжечь.
Из военных континентальной Греции отличилась радиоразведка. Услышав её сообщение о прибытии греческих кораблей к порту Пафос, турецкая авиация без колебаний их атаковала. Итог - потопленный собственный эсминец «Косатеп», ещё два повреждённых, 77 погибших моряков и 3 сбитых ответным огнём самолёта. Окружённый в Пафосе отряд кипрских турок, на помощь которому шла эскадра, сдался. Лётчик с ранее сбитого самолёта, добрался до радиостанции и закричал, что товарищи топят своих, на своё несчастье он не знал сменившегося кодового слова. Потому коллеги лишь выразили восхищение прекрасным турецким языком «греческого дезинформатора».
Несмотря на отдельные неудачи, турецкое наступление продолжалось. Против 20 тысяч греков с 32 танками турки сосредоточили около 50 тысяч и более 160 танков, а их авиация безнаказанно расстреливала противника с воздуха. Греческая авиация, потеряв в воздушном бою один истребитель, бездействовала, а флот так и не вышел к берегам Кипра. Хунте стало уже не до того. Объявленная мобилизация провалилась, люди вышли на улицы, США ограничились отказом поставлять Турции вооружение, которого у той и так хватало.
Завершающий удар режиму нанёс командир 3-го корпуса греческой армии Иоаннис Давос. Вместе с сотней офицеров он потребовал восстановления демократия пригрозив двинуть корпус на Афины. Официальный глава хунты – президент Греции Федон Гизикис, которого Иоаннидис сам привёл к власти и считал своей марионеткой, отправил его в отставку и капитулировал в обмен на обещание, что новая демократическая власть его не посадит. Так и случилось, зато Иоаннидис и Пападопулос получили пожизненный срок.
На Кипре турецкая армия заняла 36,3% острова, на остальной территории была восстановлена демократия и епископ Макариос правил ею до своей кончины. В ходе боёв погиб 171 греческий и 498 турецких военных. Национальная гвардия Кипра потеряла 1218 убитыми и пропавшими без вести, часть которых приходится на дезертиров, турецкий десант, а ополчение кипрских турок — 70. Потеряно 13 турецких и 4 греческих самолёта. Погибло 9 военнослужащих миротворческого контингента ООН, который был размещён в ходе межнациональных столкновений 1963-1964 гг. и как обычно оказался бесполезен.
Последними жертвами необъявленной войны внутри НАТО стали посол США в Греции Роджер Дэвис и его секретарь Антуанетта Барнабас. Неизвестные снайперы, скорее всего - греческие националисты, застрелили их в столице Кипра Никосии 19 августа 1974 года – на следующий день после прекращения боёв. Провозглашённую на севере острова Турецкую республику Северного Кипра признаёт только Турция, однако, несмотря на международные санкции, отдавать занятое она не собирается.
Юрий Нерсесов
Источник – anna-news