Вдохновение. Выставка фронтового художника
Ранним утром прибежал связной из политотдела:
- Товарищ старший лейтенант, вас сам полковник Лисицын кличут.
Начальника политотдела Федора Яковлевича Лисицына Аввакумов знал с первых армейских дней, а год назад из его рук получал партийный билет. Шел и гадал: зачем вызывает? Если куда ехать, так через редактора бы приказал...
Явился пред грозные очи начальства, щелкнул каблуками, как полагается, доложился по форме. Ну как есть кадровый командир, все-таки два с половиной года оттопал по войне.
А полковник рукой машет:
- Не тянись, Николай Михайлович, не на людях. Садись-ка, чаек погоняем да поговорим ладком. ГлавПУР отзывает тебя в Студию военных художников имени Грекова. На нашу голову, ты слишком хорошо рисуешь. Жалко отпускать, да приказу послушны.
Новость для Аввакумова не была оглушительна. Разговоры кое-какие об этом ходили в Москве, но не думалось, что так скоро случится перемена. Схватился за кружку и обжегся, закашлялся.
- Вот, вот, - подхватил полковник, - и здоровьишко у тебя того. Словом, как говорят артисты, устраивай свой бенефис на прощание, чтоб помнила тебя 3-я ударная.
Мысль о выставке здесь, на фронте, не приходила Аввакумову в голову. Что показывать? Если бы на московскую квартиру за работами съездить, да где там, возможности нет. Значит, выставлять придется то, что под рукой, горячее, сиюминутное, порой проходное, еще не готовое.
В целом грустно. На Калининском фронте много открыто, много пережито, много познано, а главное, много сделано. Героика и быт - вот основа той изобразительной оды в честь 3-й ударной армии, что рождалась ежедневно в блокнотах художника.
В музее Н. М. Аввакумова в Асбесте выставлена подшивка "Фронтовика" с 1 января по 30 сентября 1943 года. Листаю этот подлинный документ эпохи - ни одного номера без Аввакумова: плакат "Будет и на нашей улице праздник" к Сталинградской битве, иллюстрация к очерку "Русский богатырь Василий Полуяхтов", портрет Героя Советского Союза Малика Габдуллина, линогравюра "Убей его!", клишированная рубрика сатирического раздела "Капут".
Очень популярны в газете и стихи. Их пишут красноармейцы и командиры, но в большинстве печатаются профессионалы. Читатели ищут в газете поэзию Иосифа Уткина, он публикуется часто, видимо, по приезде на фронт оставил в редакции кучу стихов. Такие стихи не могли не греть солдатское сердце, их заучивали в частях.
Холодный огонь непогоды,
Прожектор уперся в зенит.
Тяжелая обувь похода
По мерзлому грунту звенит.
Натружены до крови ноги,
Но только вперед и вперед...
Стихи Уткина и рисунки Аввакумова как бы перекликались, вселяли уверенность в читателей-фронтовиков, звали в бой...
Первого мая 1944 года в большой деревенской избе, где разместился походный армейский клуб, открылась выставка рисунков старшего лейтенанта Аввакумова. То и дело в деревню подкатывают пропыленные грузовики с пехотинцами, танкистами, артиллеристами, саперами. На открытие выставки политработники присылают наиболее отличившихся бойцов из всех дивизий. Их встречают десять больших листов с рисунками Аввакумова. Некоторые узнают себя, шумно комментируют. Ситуация примерно такая же, как на Магнитке, когда комсомолец-художник Аввакумов устроил первую выставку, попавшую в историю искусства.
Через несколько дней выставка стала передвижной и отправилась по полкам. Ее увидели десятки тысяч человек. И где-то - вот славная судьба! - она затеряется на дорогах войны. То ли погибнет вместе с подразделением, куда прибыла, то ли будет "раскулачена" бойцами. Во всяком случае Илья Кричевский, ныне народный художник республики, оформлявший эти десять листов, сообщил недавно, что выездная выставка в редакцию не вернулась.
Капитан Кричевский заступил в газете на место Николая Михайловича. Боевой офицер-сапер.
Талантливый художник пришелся по нраву Аввакумову, и он подарил Кричевскому свою папку, бумаги, штихель. И в час прощания Кричевский нарисовал своего предшественника в накинутой на плечи шинели, с
гитарой в руках.
У Аввакумова была легкая рука, потому Кри-чевскому повезло. После боев в Прибалтике 3-я ударная повернет на Одер, в числе других армий возьмет Берлин. Именно она будет штурмовать рейхстаг. И в Аввакумовской папке Кричевского появятся рисунки героев штурма.
Все это впереди. А пока Аввакумов сердечно прощается с товарищами, с родной землянкой ("Илья, занимай мое место, здесь удобно работать"), с природой Калининщины. Экипаж землянки - писатель Леонид Елисеев, фотокорреспондент Владимир Гребнев, военный корреспондент Юрий Левин - долго провожает взглядом редакционную полуторку...
1944 год. Поездки на Белорусские фронты. В освобожденном Минске. Пленные фрицы. Герои-партизаны. Вильнюс. Бомбежки...
Пухнут фронтовые блокноты художника. Рождается знаменитый плакат "Освободи нас!".
Накануне победы бригада студийцев-грековцев отправляется в Центральную Европу, освобожденную от фашизма.
Вена, Будапешт, Бухарест...
И снова вдохновенно рисует художник Аввакумов-