Дружил с Высоцким, любил жену Шпаликова. Иван Бортник был виноват во всем

16 апреля 1939 года родился Иван Бортник — актер с Таганки, Промокашка из «Места встречи» и верный муж, которого жена спасала от лишних проблем.

Бортник для многих зрителей — это, конечно, бандит по прозвищу Промокашка из телефильма Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя». Роль не очень большая, но выстроенная самим актером, который превратил безымянного персонажа, каким этот Промокашка был в сценарии, в звезду сцены на воровской малине — и чуть ли не затмив самого Горбатого, которого играл Армен Джигарханян. Рассказывают, что эту сцену ещё и заметно сократили, чтобы контраст между слишком правильным Шараповым в исполнении Владимира Конкина и более живым и непосредственным Промокашкой был не слишком сильным — консультанты от милиции опасались, что подросткам понравится как раз последний.

Что любопытно — изначально Бортник претендовал на роль как раз Шарапова. Но Жеглова в «Месте встречи» изначально забрал Владимир Высоцкий, и двух актеров Таганки в двух главных ролях советские киночиновники уже вынести не смогли. Причем сейчас даже вопрос так не стоит — а смог ли Бортник стать Шараповым? Конечно, смог бы. Он вообще многое мог — не мог только справиться со своими зависимостями, но с этим ему помогала жена.

Гулая, которая ушла к Шпаликову

Первая любовь настигла Бортника в начале 1960-х. Он только-только окончил театральное училище имени Щукина, пришел в московский театр имени Гоголя, начал сниматься в кино — и именно тогда познакомился с молодой студенткой того же училища Инной Гулаей. Знакомые вспоминали, что роман был бурным, но очень недолгим — оба они обладали характерами, которые не предполагали уступок партнерам. Скандалы, ревность, ссоры и даже драки сопровождали эту пару на протяжении всех их отношений; примечательно, что они дружили с сокурсниками девушки, будущими актерами Александром Збруевым и Валентиной Малявиной. Но те в итоге всё же женились (правда, быстро расстались), а Бортник и Гулая так в ЗАГС и не сходили.

В 1962-м Гулая всё же ушла от Бортника — к сценаристу и режиссеру Геннадию Шпаликову, с которым тоже не нашла счастья. Более того, коллеги именно Гулаю обвиняли в смерти её бывшего мужа — мол, не уследила, показала свой нрав, не помогла... И никто не спрашивал, должна ли она была следить за взрослым, в принципе, человеком.

Несмотря на расставание, Бортник с Гулаей потом часто созванивались, он ей помогал, как мог, но вообще в его жизни вскоре началась новая эпоха, в которой старым возлюбленным места не было.

К Высоцкому от дегенератов

О театре имени Гоголя начала 1960-х Бортник отзывался с легким пренебрежением — мол, там ставили случайные пьесы случайных авторов, репертуар был рассчитан на командировочных, а ему доставались исключительно роли разных «дегенератов». В результате в 1967-м он уволился — то ли сам, то ли по решению худрука. Но сразу после Бортник стал актером Театра на Таганке, который тогда уже возглавлял Юрий Любимов, — этот театр уже был модным местом театральной Москвы, а на его спектакли попасть было решительно невозможно. И ещё в этом театре Бортник встретил Высоцкого, с которым они подружились. Эта дружба не была чем-то односторонним, хотя, разумеется, Высоцкий играл в их дуэте первую скрипку. Но и дань другу поэт отдавал — например, именно к Бортнику обращается лирический герой песни «Письмо к другу» («Ах, милый Ваня...»). В общем, у них сложился союз двух пусть не равных, но близких по духу людей. Проблема была в том, что оба слишком сильно увлекались алкоголем — и так сложилось, что близкие Высоцкого винили во всем Бортника, а близкие Бортника — Высоцкого. Из-за этого у Бортника сложились натянутые отношения с Мариной Влади — она как раз считала, что он слишком негативно влияет на её мужа. Ну а его собственная супруга очень старалась хоть как-то победить зависимость.

Женился Бортник в конце 1960-х на преподавателе театрально-художественного училища Татьяне Борзых; об обстоятельствах знакомства он рассказывал очень размыто, но после женитьбы получил очень надежный тыл. Татьяна не собиралась становиться актрисой, она занималась семьей, и у неё хватало времени и терпения, чтобы менять водку на минералку во время актерских застолий. Хватало ей и терпения слушать жалобы Нины Гулаи — после смерти Шпаликова та часто созванивалась с Бортником, чтобы просто поговорить; он был одним из немногих коллег, кто не отвернулся от неё в тяжелое время. Но всё это происходило в тени Высоцкого — отметим, что одна из немногих главных ролей в кино у Бортника в то время случилась в картине Павла Любимова «Впереди день», где экранной женой его персонажа была Татьяна Иваненко, бывшая в те годы едва ли не официальной любовницей Высоцкого.

Во всем виноват Бортник

Высоцкий умер в 1980-м, и именно Бортника многие обвинили в этой трагедии — как было за несколько лет до этого с Гулаей и Шпаликовым. Эти обвинения актер переживал очень тяжело, а спас его Никита Михалков — буквально взял за шкирку и привез на съемки своего фильма «Родня». Роль у него там была тоже не главная — на главные ему вообще везло редко, — но эта работа позволила Бортнику выйти из тупика. Сказалась и забота жены, которая тоже не оставляла мужа одного наедине с его горем. Их брак вообще оказался на редкость крепким — хотя ходили слухи, что ещё в семидесятые Бортник во время поездки во Францию влюбился в какую-то мулатку, и только вмешательство Высоцкого смогло предотвратить семейную драму.

Но именно восьмидесятые оказались самыми плодотворными годами для Бортника с точки зрения кино — у него появились роли в «Зеркале для героя» и в картине «А был ли Каротин?», которые он и сам выделял в своей фильмографии. Правда, с театром всё оказалось не так просто — в 1984-м Любимова лишили советского гражданства, а труппа не приняла присланного на замену Анатолия Эфроса. Бортник, правда, поначалу был готов работать с новым режиссером, но потом всё же примкнул к коллективу — и снова оказался виноват, когда Эфрос не выдержал всех этих интриг и ушел и из театра, и из жизни...

Возвращение Любимова — в страну и в театр — оказалось не столько триумфальным, сколько трагическим. Таганка раскололась — часть труппы создала отдельный театр, не приняв нового старого худрука. Бортник тогда остался с Любимовым, но их отношения оказались далеки от прежних. И в конце 1990-х, во время репетиций нового спектакля — это была «Шарашка» по Солженицыну — Бортник просто ушел, отказавшись играть назначенную ему роль. Какое-то время он ещё был занят в спектакле-реквиеме «Высоцкий», но и из этой постановки Любимов его убрал.

Бортник иногда снимался в различных сериалах, но в небольших ролях, а окончательно отошел от киношных дел в 2011-м, снявшись у Алексея Смирнова в фильме «Жила-была одна баба». В 2018-м окончательно уволился и с Таганки. А в самом начале января 2019-го Иван Бортник скоропостижно скончался от оторвавшего тромба — через много лет после своей первой любви (Нина Гулая умерла в 1990-м) и через много лет после своего друга, Владимира Высоцкого.