Клуб из Узбекистана заплатит 1,6 миллиона долларов Канчельскису. Выяснили подробности у российского тренера

Корреспондент «Матч ТВ» Александр Троицкий поговорил с Андреем Канчельскисом.

• В субботу стало известно, что ФИФА вынесла решение по делу Андрея Канчельскиса против «Навбахора» в пользу российского тренера
• Общая сумма принятых претензий составила более 1,6 миллионов долларов плюс проценты
• Канчельскис приходил в «Навбахор» дважды. После увольнения в июне 2019 года он вернулся в команду спустя несколько месяцев и проработал до октября 2020-го

— Что послужило главной причиной расторжения соглашения?

— В первую очередь это футбольная тематика, второе — человеческий фактор. Невозможно работать, когда тебя кормят завтраками, не платят. Терпение заканчивается. Ну, и непрофессиональные люди, которые работали в клубе, также сыграли свою роль. Нельзя постоянно ссориться, ругаться с ними. Что-то доказывать нефутбольным людям очень сложно. Жалко болельщиков «Навбахора», жителей Намангана, которые не заслужили такое руководство клуба. Хотя непрофессионалов хватает и в других командах республики.

— Кто эти непрофессионалы? Из какой сферы?

— Это обычные бизнесмены, которые попали в структуру клуба. Такое в России тоже часто бывает. Попадаются какие-то проходимцы из других сфер и рассказывают специалистам про футбол. В свое время председатель правления «Волги» пятиборец Сватковский приходил и учил футболистов, что нужно бегать по два-три часа. Следует ко всему относиться с пониманием, но каждый должен заниматься своим делом.

— Это те же бизнесмены, которые брали вас на работу?

— Нет, я договаривался с хокимом (губернатором) Наманганской области, потом он ушел на другую должность. При мне сменилось три начальника клуба. Смена руководства не всегда сказывается положительно. Мы со вторым тренером Алексеем Беленковым старались на это не обращать внимания и работали на максимуме. В итоге Беленкова обвинили непонятно в чем и отстранили. Он тоже подал жалобу в ФИФА и ожидает положительного решения.

— Он же подал жалобу гораздо раньше вас? Вам выдали решение быстрее, потому что вы Канчельскис?

— Нет, ни в коем случае. По его вопросу ФИФА уже решение приняла. Теперь ожидается решение CAS.

— Клуб вам предлагал компромиссные варианты?

— У меня в контракте была прописана сумма отступных в $200 тысяч плюс зарплата, затраты на лечение, и я был готов пойти на уступки, но сейчас ни о каких компромиссах речи быть не может. Они до сих пор не возместили мне сумму, которую я потратил на лечение коронавируса в частной клинике в Ташкенте, хотя это было год назад, да и деньги невеликие. К слову, лечение прописано в контракте. Вот такое человеческое отношение. Сейчас они приходят с какими-то вариантами, но вопрос для меня закрыт.

— Какие могут быть последствия для клуба?

— Не знаю, какие действия будет предпринимать «Навбахор». Хотелось бы, чтобы люди осознали недопустимость подобных действий. Поняли, что существуют структуры типа ФИФА и CAS. Нельзя себя так вести, и не только в футболе.

— В узбекском сегменте соцсетей писали о том, что руководство «Навбахора» обвиняет вас в алкоголизме. Это должно быть очень обидно?

— Им же надо что-то говорить, как-то оправдываться. Видимо, они уцепились за слова Ромащенко. Я все время жил на базе «Навбахора», был постоянно на виду. Если хоть один футболист, с которым я работал, скажет, что это так, тогда вопрос может стать темой для обсуждения. Клевета есть клевета.

— Вы не жалеете о возвращении в «Навбахор»?

— Когда с тобой разговаривает губернатор и предлагает тебе начать все с начала, отказать сложно. В принципе, не жалею. До пандемии у нас были хорошие результаты, мы шли на третьем месте. Затем мы всей командой переболели коронавирусом, наступил тяжелый период, а руководство вместо того чтобы поддержать, начало выливать весь негатив на нас. Хотя, понимая сложное финансовое положение клуба, согласился на снижение зарплаты. Но это, видимо, не считается.

— Вы сами как оцениваете свою работу в «Навбахоре»?

— Мне сложно оценить собственный труд. Пока я был в клубе, трое игроков призывались в национальную команду, еще один — в олимпийскую сборную. Урунов и вовсе перешел в чемпионат России. Вспоминаю слова Алишера Усманова про новотроицкую «Носту», он сказал, что если хоть один футболист попадет в сборную России — это уже достижение. Вызвали Семенова. Наверное, это тоже показатель. Что касается результатов, то бороться с «Пахтакором» было очень сложно. Хотя и ему мы каждый раз давали бой. Спасибо болельщикам! Они очень горячие, но справедливые. Здоровья им. Жалко, что случилась такая ситуация.

— Что бы вы посоветовали футбольному руководству Узбекистана?

— Нужно повнимательнее следить за тем, что происходит в управлении профессиональными клубами. Некоторые руководители команд, которым выделяются государственные деньги, неэффективно их расходуют. То есть мы видим в управлении соревнованиями и клубами непрофессиональный менеджмент. В связи с этим происходит снижение уровня узбекского футбола. Схожая ситуация и в России. Не хватает профессионалов. Нужно разработать руководству Федерации футбола Узбекистана комплексную программу развития игры с учетом менталитета, возможностей, целей. Глупо же, согласитесь, тащить, допустим, немецкую или голландскую модель в российский футбол, от этого наша сборная не превратится в Германию. 

В Узбекистане очень любят футбол и умеют играть. Есть возможности создать эффективную систему подготовки резерва и поставить на поток экспорт игроков в сильные европейские лиги. Взять хотя бы Ахмедова, Шомуродова или Урунова. Очень жаль, что в Узбекистане так и не созданы условия для повышения уровня подготовки профессиональных менеджеров. На своем опыте убежден, что руководству федерации и лиги нужно начать разработку образовательной программы и обучение ветеранов узбекского футбола менеджменту, экономике и спортивному праву, тогда рисков и финансовых потерь государства и бизнеса в управлении клубами будут значительно меньше. Непрофессионализм или жадность мешают развитию соревнований. При этом в стране действительно много порядочных людей, но дефицит качественных управленцев, которые понимают и радеют за футбол. На воспитание таких кадров вся надежда.