Трамп совсем уже «ку-ку»? Нет. Эксперт Делягин ответил на важный вопрос: что будет дальше с Ираном и США? Многим это не понравится
У некоторых людей, следящих за новостями Ближнего Востока, может сложиться впечатление, что Дональд Трамп «слетел с катушек». Однако опытные политологи уверяют, что это вовсе не так, а за импульсивностью хозяина Белого дома скрывается определенная стратегия.
Экономист Михаил Делягин поддержал позицию академика Сергея Глазьева, рассматривающего последствия возможной блокады Ормузского пролива и ее влияние на мировую экономику. Поводом для обсуждения стали события после ударов Израиля и США, когда Тегеран объявил о перекрытии Ормузского пролива — одного из важнейших морских маршрутов планеты, соединяющего Персидский залив с Оманским.
Этот узкий водный коридор играет ключевую роль в мировой энергетике. Через него проходит примерно 15–20% глобальных поставок нефти и более трети мирового экспорта сжиженного природного газа.
Для самого Ирана пролив имеет не меньшее значение: именно через него осуществляется основной объем нефтяного экспорта, формирующего значительную часть доходов государственного бюджета. Несмотря на это, решение о блокаде было представлено как инструмент давления в условиях усиливающейся военной конфронтации.
Экспертное сообщество предупреждает, что затяжное противостояние неизбежно приведет к росту цен на энергоносители. Сергей Глазьев рассматривает такой сценарий как фактор, способный вызвать серьезные потрясения в мировой финансовой системе.
Резкое удорожание нефти после перекрытия пролива может спровоцировать цепную реакцию невыполнения долговых обязательств. Подобный процесс способен привести к обрушению многочисленных финансовых пузырей и серьезно пошатнуть американскую финансовую систему, которая уже давно испытывает давление из-за огромного долгового бремени.
В подобной ситуации последствия глобального экономического кризиса могут быть переложены на Иран. Такой вариант позволил бы США объяснить масштабные финансовые потрясения внешними обстоятельствами и фактически списать значительную часть накопленных долговых обязательств.
Михаил Делягин во многом соглашается с подобной логикой развития событий. Он допускает, что если перекрытие Ормузского пролива действительно приведет к волне банкротств и массовому списанию долларовых обязательств, основной удар придется по финансовым спекулянтам.
Именно эта группа, по его оценке, представляет политических противников Трампа. В подобной конфигурации выигрывает союз цифрового и промышленного капитала — те экономические силы, интересы которых выражает нынешний американский лидер.
В рамках такого сценария Делягин допускает и дальнейшую политическую перестройку в самих США. После разрушения старой финансовой модели и начала формирования новой экономической системы Трамп может уступить место другой фигуре. Среди возможных кандидатов он называет Джей Ди Вэнса. В таком случае миссия нынешнего президента будет считаться выполненной: прежняя финансовая архитектура разрушена, а строить новую реальность предстоит уже следующим политическим поколениям.
Отдельное внимание Делягин обращает на действия Китая. Он считает показательным, что именно в этот период Пекин вновь усилил риторику о превращении юаня в мировую резервную валюту.
Эта задача ранее была обозначена Си Цзиньпином как стратегическая цель. В условиях возможных потрясений долларовой системы подобная инициатива может дать Китаю шанс значительно укрепить позиции своей валюты на мировом финансовом рынке.
При этом экономист отмечает, что даже если глобальные изменения действительно назревают, они не произойдут мгновенно. Существующая мировая экономическая система еще способна некоторое время сохранять устойчивость, хотя ее внутренние противоречия становятся все заметнее. Крупные геополитические и финансовые трансформации обычно происходят не в момент громких политических заявлений, а тогда, когда прежняя модель окончательно исчерпывает себя и в нее перестают верить даже те, кто долгое время был ее главным сторонником.