Неизвестно, где известный...
Поисковики ищут захоронение времен первой оккупации Ростова, которое «потерялось» в районе поселка Орджоникидзе.
Утро сегодня началось – и это ожидаемо – с десятка посланий, поступивших в редакцию от донских поисковиков. Ведь скоро дни неизвестного солдата и первого освобождения донской столицы от фашистов. Участники Вахт Памяти такие даты традиционно не пропускают. Но знаковые числа календаря приходят и уходят, а позабытые имена, к сожалению, возвращаются крайне редко. Вот и руководитель регионального военно-исторического центра «Поиск» Александр Павленко из Каменска-Шахтинского, сообщая о предварительных итогах Вахты Памяти-2017 по северу донского региона и найденных останках 50 красноармейцев, сожалеет, что пока удалось установить только одно имя.
Рассчитывает, что после публикации в «Нашем времени» (ее Павленко уже начал готовить) получится вернуть из небытия и другие имена.
С припиской «Надеюсь, пригодится в журналистской работе» командир поискового отряда «Донской» Вячеслав Градобоев прислал сегодня из Константиновска копии архивных справок об уроженце Ростова Марке Стольберге – шахматисте, который оказался на фронте с самого начала войны. С 16 мая 1942 года он числится пропавшим без вести. Последние письма Марк написал сестре и родителям за две недели до этой роковой даты. Потом пришла телеграмма: «Вышел Фронт Керчь Привет Целую Марк». А следом за ней казенная бумага: «Ваш сын, находясь на фронте, пропал без вести». Талантливого шахматиста, ставшего солдатом, не стало за четыре дня до его 20-летия. Спасибо командиру ПО «Донской» за тему – к ней мы еще вернемся.
Со своими новыми темами отозвался наконец-то сегодня и командир поискового отряда «Линия фронта» Вадим Бухвостов. Думали, что этот энергичный, инициативный, творческий человек не выходил на связь, потому что со своими ребятами долго был на Вахте Памяти где-то далеко от родных мест – на «Курской дуге» либо в Подмосковье. Выяснилось, что действительно был. А потом, правда, занедужил и вот теперь, едва окрепнув, готовит отчет об итогах поисковой работы. Наверняка он не будет стандартным – у Бухвостова все отчеты эмоциональные. До сих пор вспоминаю, как со сцены к залу обращался солдат, убитый в яростной атаке в далеком сорок втором и до сих пор лежащий в воронке, ненайденный, незахороненный. Из динамика звучало: «Ребята, найдите меня, пожалуйста, найдите!» Переполненный зал ростовского ДК железнодорожников весь встал в едином порыве. У многих участников акции «Война глазами молодых» выступили слезы. Выступление ребят из поискового отряда «Линия фронта» (автором сценария был как раз Вадим Бухвостов) при всей его сакральности не оставило равнодушным никого.
От сакральности – к реальности: руководитель Ростовского регионального отделения «Поискового движения России» Владимир Щербанов и представители областного военкомата просят помочь найти утерянное воинское захоронение, которое когда-то было в районе ростовского поселка Орджоникидзе. Предыстория такая. В ноябре 1941 года Красной Армии под мощнейшим немецким прессингом пришлось оставить донскую столицу. Та, первая, ее оккупация была недолгой. Через неделю войска Южного фронта перешли в контрнаступление и в течение нескольких дней освободили город. В тех боях советские войска понесли большие потери.
В районе поселка Орджоникидзе оборону держали 347-я стрелковая дивизия, сформированная из уроженцев Краснодарского края, и 8-я танковая бригада. За три дня боев, 19–21 ноября, только по архивным данным, в этом районе погибли 109 военнослужащих названной дивизии и 34 танкиста. 143 оборвавшихся судьбы. Многие из этих людей едва достигли совершеннолетия. У каждого из них в архивной графе о месте захоронения значится «Братская могила на восточной окраине поселка Орджоникидзе». Вот только где она? Многострадальная земля где-то покоит в своих недрах останки героев. Но имен погибших нет ни на одном известном воинском захоронении Ростова...
Валерий Сипетин