Почему Иран предпочел бы вести войну без вмешательства России и Китая?

У многих вызывает обеспокоенность позиция союзников Ирана и других международных партнеров в отношении текущих событий. Особенно это касается стран, политически и экономически конкурирующих с Соединенными Штатами, таких как Россия и Китай.

В этом контексте доктор Хасан Ахмадиан, профессор ближневосточных исследований Тегеранского университета, отметил, что Москва и Пекин уже заявили о своей позиции как внутри, так и за пределами Совета Безопасности ООН, осудив нападения. Он подчеркнул, что эти страны продолжают придерживаться позиций, которые они занимали в ходе так называемой 12-дневной войны, разразившейся в июне прошлого года.

Ахмадиан подчеркнул, что никогда не предполагалось, что Россия или Китай вступят в прямое военное противостояние в защиту Ирана. По его словам, такое вмешательство могло бы создать серьезную угрозу для Тегерана, расширив масштабы конфликта и превратив его в столкновение между крупными державами, последствия которого отразились бы на самом Иране.

Он заявил, что большинство иранских военных лидеров убеждены в необходимости вести эту войну в одиночку. Они полностью осознают все возможные последствия как для самого Ирана, так и для его противников.

Политолог обратил внимание на то, что иногда союзники и партнеры на международной арене становятся объектами критики. Однако, несмотря на это, их присутствие все равно ощущается, пусть и не напрямую. Они оказывают юридическую и политическую поддержку в Совете Безопасности, предоставляют техническую помощь, а также продолжают военное сотрудничество, которое ранее уже имело место.

Иранский политолог пояснил, что часть средств, используемых сегодня против американо-израильских сил, была получена в результате существующего военного сотрудничества между Ираном и этими странами. <...>

Отвечая на вопрос о том, можно ли считать выживание иранского режима после этой войны победой для Ирана и поражением для США и Израиля, политолог Хасан Ахмадиан отметил, что не видит других возможных вариантов развития событий. Он объяснил это тем, что иранский режим имеет сильную институциональную основу, глубокие исторические корни и прочную поддержку народа.

Ахмадиан отметил, что народная поддержка ярко проявляется в повсеместном трауре, охватившем всю страну. Он подчеркнул, что режим устоит даже в случае, если агрессоры объявят о своей победе и ликвидируют видных политических и военных лидеров.

Появление аэрофотоснимков, опубликованных израильской армией и фиксирующих мощные взрывы в ряде иранских провинций, вызвало бурные дискуссии о явном воздушном превосходстве Израиля.

Политолог Хасан Ахмадиан подчеркнул, что технологическое превосходство действительно имеет место, и на данный момент Иран не располагает средствами, сопоставимыми с возможностями ВВС Израиля. При этом он подчеркнул, что Тегеран ведет так называемую "асимметричную войну", в ходе которой израильские и американские военно-воздушные силы сталкиваются с иранскими ракетными возможностями, что все же вносит определенный баланс в противостояние.

Он пояснил, что отсутствие аналогичных снимков разрушений внутри Израиля не обязательно отражает реальную ситуацию на местах, подчеркнув, что в стране действуют строгие ограничения на их публикацию, тогда как в Иране подобной цензуры нет.

Он привел в пример войну 1991 года, когда Израиль изначально утверждал, что иракские ракеты "Скад" не причинили ущерба, но документы, обнародованные спустя десятилетия, показали наличие погибших и раненых. По его словам, современные иранские ракеты по своим возможностям и поражающей силе несопоставимы с ракетами 1990-х годов.

Ахмадиан отметил, что иранские удары оказались эффективны, а их последствия со временем станут еще более ощутимыми. Опыт прошлогодней войны показал, что Иран не был стороной, стремящейся к прекращению огня. Напротив, Тегеран готов был приостановить военные действия лишь в ответ на аналогичный шаг противника. Ранее с просьбой о перемирии обратились Израиль и Соединенные Штаты, действовавшие через катарского посредника.

Что касается масштабов развития иранского военного потенциала после 12-дневной войны, Ахмадиан пояснил, что еще до конфликта Тегеран сосредоточился на многочисленных программах военного производства и укреплении своих оборонных возможностей.

Он охарактеризовал войну, несмотря на ее тяжелые последствия, как суровую, но важную школу жизни, которая позволила иранским вооруженным силам извлечь практические уроки о работе своего арсенала и способах совершенствования методов его применения.

Ахмадиан отметил, что разработка баллистических и гиперзвуковых ракет достигла беспрецедентного уровня в современной истории Ирана. Наряду с существенным прогрессом в военном планировании, тактике ударов и синхронизации атак это способствовало накоплению опыта и расширению возможностей страны. <...>