Музыкальный двигатель Pink Floyd: Гилмору — 80
6 марта исполняется 80 лет Дэвиду Гилмору. Его манера игры на гитаре, тембр голоса и «гипнотическая» музыка стали основой уникального саунда Pink Floyd — одной из величайших рок-групп в истории.
Коллективов, где были бы два ярко выраженных лидера, в мире рок-н-ролла сравнительно немного. Самые знаменитые ансамбли эпохи классического рока представляли собой либо составы равноправных участников (Queen, Led Zeppelin, Deep Purple, The Who, Black Sabbath...), либо проекты, где все крутится-вертится вокруг одного «патрона» (Jethro Tull, Creedence Clearwater Revival, The Kinks, Dire Straits, Electric Light Orchestra...).
Дэвид Гилмор. 2007. Фото: Imago images/Stefan M Prager/ТАСС
Еще реже встречаются случаи, когда обязанности этих двух лидеров в команде четко поделены: один в большей степени ответственен за поэзию, другой — за музыку. В известнейших тандемах подобного рода (Леннон/Маккартни и Джаггер/Ричардс) все было устроено хитрее: каждый из артистов был горазд сочинить песню «под ключ», написав и музыку, и текст.
Лондонский коллектив Pink Floyd в этом плане если и не уникален, то уж точно не типичен. Едва ли они смогли бы стать столь влиятельной и коммерчески успешной (суммарный тираж проданных ими пластинок заметно превышает 250 миллионов экземпляров) группой, если бы в равной мере не уделяли внимание тому, как они играют и о чем поют. Музыкальная форма и лирическая «начинка» представлялись для ансамбля одинаково важными, а творческие роли главных участников определялись в проекте довольно четко.
Основным генератором идей, главным мыслителем Pink Floyd являлся Роджер Уотерс. Именно он продвигал масштабный концептуализм и глубинную философию, подпитывавшие саму эстетическую суть группы. Без участия Уотерса многие амбициозные проекты (как, например, знаменитая «Стенка» — альбом The Wall 1979 года) просто-напросто не состоялись бы. Но верно и то, что своевременные мысли Роджера едва ли были бы услышаны и разделены многомиллионной аудиторией, не будь они помещены в красивую и дорогую музыкальную «упаковку». И здесь на передний план выходит фигура Дэвида Гилмора.
Написание текстов никогда не было его сильной стороной. Даже в поздний период существования группы, когда гитарист был вынужден решать проблему лирико-поэтического наполнения, сочинение стихов давалось Гилмору с трудом. Но он никогда не комплексовал по этому поводу, твердо осознавая свое место в коллективе. Впоследствии, когда все точки над i в истории Pink Floyd были расставлены, Дэвид вспоминал: «Роджер всегда стремился быть главным. Я же в лидеры не рвался, однако полагал, что мое мнение относительно музыкальной составляющей коллектива куда ценнее и весомее».
Pink Floyd в СССР: Дэвид Гилмор на сцене спорткомплекса "Юбилейный". 1989. Фото: Владимир Родионов/РИА Новости
Гилмор имел право на подобные заявления. Он появился в группе весьма своевременно, аккурат после выхода в 1967 году дебютного альбома Pink Floyd (The Piper at the Gates of Dawn), практически целиком сочиненного тогдашним «вождем» проекта, мятущимся гением Сидом Барреттом. Неожиданный успех пластинки, помноженный на проблемы сугубо ментального характера, лидера подкосил, и его место занял наш герой.
С этого момента начал вырисовываться примерный сценарий, по которому группа будет творить в дальнейшем. На протяжении всех 1970-х (на этот отрезок времени приходится период наивысшего расцвета в карьере Pink Floyd) креативные роли в группе распределялись следующим образом: Уотерс на пушечный выстрел не подпускал никого к созданию лирики, зато функции главного музыкального директора стал выполнять Гилмор. В рядах ансамбля имелся еще один талантливый музыкант, клавишник Ричард Райт, написавший несколько достойных произведений. Но человек он был непостоянный, не вполне надежный, поэтому основным композитором и аранжировщиком являлся все же Дэвид.
Было бы преувеличением утверждать, что о своих творческих амбициях и притязаниях он заявил сразу же и безоговорочно. Его талант гитариста, певца и сочинителя развивался постепенно и окончательно окреп только к 1973 году — к моменту выхода феноменального The Dark Side of the Moon, несомненного magnum opus в творческом багаже Pink Floyd. Этот альбом стал восьмым (!) в дискографии ансамбля. Много ли можно вспомнить исполнителей, идущих к своему звездному часу столь долго? К моменту записи 8-го лонгплея большинство артистов свое главное слово уже сказали, а иные и вовсе до такой цифры не дотягивают.
Факт остается фактом: с «Обратной стороны Луны» началось триумфальное шествие Pink Floyd по мировым чартам. The Dark Side.., а также последовавшие за ней пластинки Wish You Were Here (1975), Animals (1977) и The Wall (1979) составили, по общему мнению поклонников, золотой аудио-фонд «Пинк Флойд». Из всей дискографии группы подавляющее большинство проданных копий альбомов приходится на четыре вышеупомянутых релиза, и заслуга Гилмора в этом — колоссальная.
Несмотря на то, что голос Уотерса звучит на записях Floyd не реже гилморовского, вокал Дэвида украшает львиную долю суперхитов группы: его лидирующую партию мы слышим в таких треках, как Money, Time, Wish You Were Here, Dogs, Hey You, Run Like Hell... Он является автором (или по меньшей мере соавтором) музыки почти ко всем выдающимся произведениям коллектива в его золотую пору. А искусные гитарные работы Гилмора в таких композициях, как Shine On You Crazy Diamond, Breathe и Comfortably Numb, обеспечили их исполнителю место в пантеоне великих...
После того как наиболее успешная с коммерческой точки зрения страница в биографии ансамбля оказалась перевернута, а лидеры в середине 1980-х вдрызг разругались, наступила финальная глава в истории Pink Floyd. На этом этапе Дэвид был уже полноправным хозяином положения. Своим правом единоличного босса артист пользовался хоть и с удовольствием, но уж очень лениво и вальяжно: с 1987 по 2014 год (когда в истории группы была официально поставлена последняя точка) под маркой «Pink Floyd» вышло всего лишь три студийных альбома — негусто даже по меркам этого, не самого плодовитого в истории рок-музыки, ансамбля.
Впрочем, Гилмор никогда никуда не спешил. Это касается и его активности на личном творческом поприще. В среде любителей классического рока даже существует такая шутка: если вы ощутили внезапный приступ агрессии или вам кажется, что вы находитесь на грани нервного срыва, подумайте о самой спокойной вещи, которая существует в этом мире, — о сольной карьере Дэвида Гилмора. Действительно, музыкант, записав первую пластинку под своим именем без малого полвека назад (в 1978 году), с тех пор разродился всего лишь четырьмя лонгплеями, последний из которых, Luck and Strange, вышел пару лет назад. Видимо, Дэвид знает, что делает, предпочитая следовать старой проверенной формуле: лучше меньше, да лучше. Каждый из выпущенных сольников неплохо продавался, а последние три и вовсе возглавляли национальный британский чарт...
В последние годы Гилмор ведет «классический» образ жизни обеспеченного и сытого буржуа: общается с внуками (у музыканта восемь детей — по четыре от каждого из двух браков), коллекционирует дорогие «игрушки» (от редких гитар до предметов авиатехники), занимается благотворительностью (помогает бездомным, жертвует в различные фонды по охране окружающей среды) и наслаждается видами на Темзу из плавучего дома Astoria, приобретенного несколько лет назад и частично переоборудованного в домашнюю студию. А музыкой занимается не по необходимости, а исключительно по прихоти. Словом, быт Дэвида Гилмора чем-то напоминает музыку Pink Floyd — неторопливую, размеренную, умиротворяющую.
Фото вверху и на анонсе: Дэвид Гилмор. 2007. Фото: Imago images/Stefan M Prager/ТАСС