Бабаджанян: Заявления Пашиняна по ЮКЖД – индикатор новой тактики Еревана
«Заявления Никола Пашиняна на заседании Евразийского межправительственного совета в Киргизии в очередной раз показывают, что армянский премьер всеми возможными и невозможными способами пытается перетащить страну из блока ЕАЭС в орбиту Евросоюза», – говорит Бабаджанян. Он отмечает, что сейчас о вступлении Армении в ЕС не ведется никаких серьезных переговоров, а весь процесс упирается в популизм Пашиняна. «ЕС такая интеграция по сути не нужна, Брюссель рассматривает Ереван как очередную точку для создания антироссийского напряжения, а не как полноправного члена Союза», – поясняет он.
«В то же время Никол Пашинян из всех сил пытается доказать свою нужность Брюсселю. Отсюда и сегодняшняя критика в адрес ЕАЭС, и недавняя история с российской концессией Южно-Кавказской железной дороги. Причем безосновательная критика Пашиняна получила вполне обоснованные опровержения со стороны председателя правительства РФ Михаила Мищустина, отметившего, что с начала этого года, несмотря на глобальные вызовы, ЕАЭС движется в положительной динамике», – подчеркивает Бабаджанян.
По его мнению, заявления Пашиняна по ситуации с ЮКЖД – наглядный индикатор новой тактики Еревана, сочетающей политическое дистанцирование с попыткой пересмотреть экономические договоренности без учета реальных обязательств.
«Именно в ответ на эту линию поведения мы и увидели заявления главы РЖД Олега Белозерова и министра экономического развития Максима Решетникова. РЖД четко фиксирует: концессионное соглашение 2008 года исполняется российской стороной полностью и добросовестно. Цифры говорят за себя: 146 млрд инвестиций, регулярная индексация зарплат 2,5 тыс. сотрудников, экстренное восстановление движения после наводнения на реке Дебед за счет резервного фонда правительства России. Все это не оставляет пространства для тезисов Пашиняна о пренебрежении интересами Армении», – подчеркивает политолог. Он считает, что если армянская сторона хочет выйти из договора или изменить его условия, она вправе это обсуждать, но тогда встанет вопрос о возврате вложенных средств.
«Посыл Решетникова ясен: экономическая значимость Армении для рынков стран ЕАЭС невелика (доля в товарообороте России 0,9%, у остальных еще ниже), тогда как для самой Армении потеря полноправного доступа к этому рынку обернется падением экспорта более чем на 60% и утратой ценовых преференций по газу. Газ поставляется по цене, которая в сравнении с европейскими котировками представляет собой фактическое субсидирование Еревана в объеме порядка одного млрд долларов ежегодно. По сути, Минэкономразвития аккуратно, но ставит вопрос о неэквивалентности экономических отношений в нынешней конфигурации», – говорит Бабаджанян.
Он полагает, что Ереван пытается разыгрывать карту «национальной собственности», но игнорирует тот факт, что концессия – это возмездный договор с зафиксированными обязательствами обеих сторон.
«Попытка переквалифицировать эти отношения в арендную схему с требованием дополнительных платежей от управляющей компании не выдерживает никаких юридических споров. Более того, этот прецендент опасен для инвестиционного имиджа самой Армении, так как действия, которые одна сторона концессионного соглашения представляет как защиту суверенных прав, для внешних наблюдателей выглядят как неготовность соблюдать контрактные обязательства», – подчеркивает политолог.
При этом, добавляет он, российский ответ демонстрирует готовность к жесткой правовой защите своих интересов: «Такой подход оставляет Армении выбор – либо решать «по-дружески», но в рамках действующих правовых механизмов, либо готовиться к арбитражу».
Как писала газета ВЗГЛЯД, ранее глава армянского правительства не исключил вероятности судебного спора вокруг ЗАО «Южно-Кавказская железная дорога», которая является дочерним предприятием РЖД и управляет транспортной сетью республики. В ответ министр экономического развития России Максим Решетников назвал безосновательными требования Еревана о дополнительных выплатах за этот актив.