Русский фигурист выиграл Олимпиаду в худшем костюме в истории: как создавались его программы
Ученик Тарасовой поразил всех.
В сезоне 1995/96 Илья Кулик выиграл бронзу чемпионата Европы и стал вторым на чемпионате мира, после чего перешел к Татьяне Тарасовой. Их первые совместные старты особо выдающихся результатов не дали: да, были медали этапов Гран-при и первая в карьере победа на чемпионате России, но с крупных международных турниров (финал Гран-при, ЧЕ и ЧМ) Кулик уехал без наград. Тем не менее в глубине души Татьяна Анатольевна все равно была уверена, что у ее ученика есть шанс выиграть Олимпиаду в Нагано.
Отойдя от сезона, фигурист и тренер начали думать над олимпийскими программами. Для короткой Кулик принес Revolutions Жан-Мишеля Жарра.
«Он ее нашел давно, но боялся мне показать, вдруг я ее не полюблю, вдруг она мне не понравится, а мы договорились, что музыка должна нравиться и мне, и ему, только тогда мы ее берем. Потому что если нравится одному, но не нравится другому, толку никакого не выйдет.
<…> Он когда ее принес, то позвонил мне в ту же ночь: «Ну что? Ну что?», а я всю ночь не спала, всю ночь слушала. Мне музыка сразу понравилась, хотя и показалась несколько необычной. Он кричал: «Честно, честно? Вам понравилось?» — «Честно, мне понравилось». Я его в этой музыке уже видела, мне казалось, что и хореографически она может получиться интересной, хотя и не похожа ни на какую мне известную программу. Что возможно сделать из музыки, которая называлась «революшн» — Икара, рвущегося всегда ввысь? Историю человека, который не может выбраться из лабиринта, ему все время обрубают руки-крылья, а он хочет взлететь, — и он взлетает!» — вспоминала потом Тарасова в своей книге «Красавица и чудовище».
Музыку для произвольной выбрала уже Тарасова — остановилась на «Голубой рапсодии» Джорджа Гершвина. Был найден идеальный баланс как с расстановкой элементов, так и с хореографией: на Олимпиаде в Нагано прокат получился настолько изумительным, что иностранные журналисты признали его лучшим в истории Игр. И действительно, «мальчик в желтой рубашке» (как позже сама называла ту программу Тарасова) может считаться эталоном и сегодня.
Но если к программе никаких претензий нет, то к костюму Ильи вопросы постоянно возникают — он часто входит во всевозможные топы худших в фигурной истории, а в 2010-м СВС поставил его на первое место подобного рейтинга, прокомментировав следующим образом: «Все мы пытались найти хоть какой-то смысл в его костюме, когда он вышел на произвольную программу в Нагано под музыку «Голубая рапсодия». Но там вообще не было ни голубого, ни синего!».