Александр Невзоров: "Раскатывать губу на революцию 2021 года никому не стоит"
"Я понимаю, что сегодня особое число и многие люди придают этому значение. - начал в интервью на Эхе Москвы Александр Невзоров. - Поэтому я никого ни с чем не поздравляю. Я подозреваю, что поздравлять не с чем, потому что вся та мерзость, которая была посеяна в 20-м году, должна взойти и бурно заколоситься в 21-м. И вот те ключевые слова режима, главные слова путинизма – «сел», «сидит», «срок», «арест», «допрос», «иностранный агент», «измена Родине», «зона», «пытки», «обыск» – это всё только начало. Это уже много раз было в истории этой несчастной страны и всегда кончалось одним и тем же образом. У России всегда есть возможность ненадолго выдохнуть, вынырнуть из болота маразма, вдохнуть пару раз и снова загрузиться в это болото державного маразма. Но именно 2020 год вывел всю эту путинскую терминологию во всероссийские тренды, режим перестал стесняться, он понял, что просто беззаконие надо называть законом, а самую лютую, подлую цензуру называть борьбой с цензурой. И при этом во всем этом заметна маниакальщина, истерика и суетливое желание спастись от революции. И возникает вопрос, а вообще до какой степени можно рассчитывать на революцию в 2021 году? Ну, надеяться-то, конечно, можно, но я никому не рекомендую, что называется раскатывать губу. Забавна реакция всех на это слово. Патриоты обычно начинают кричать, что ах, страна третью революцию не перенесет. При чем здесь вообще страна? Это они не перенесут, потому что они и есть тот самый гной, который нормальная революция удаляет. Но это гной государственный. Говорящий гной – это любопытное явление. Но ни один хороший хирург, как ты знаешь, как правило, мнение гноя не спрашивает. Дело в том, что о непереносимости революции обычно говорят те люди, которые ставят знак равенства между своим благополучием и понятием «страна». То есть на данный момент истерика напрасна, и революция – это галлюцинация. И я бы революционный потенциал России оценил был примерно в одну сотую от белорусского и примерно в одну миллионную от украинского, и это ничто. Эти удивительные русские готовы терпеть всё, лишь бы им не мешали платить ипотеку и унижаться перед чиновниками разного уровня. То есть революционный потенциал на данный момент в России абсолютно ничтожен. И, к сожалению, никакой революции не ожидается. Есть революционные настроения, но совсем не в той концентрации, в какой хотелось бы, и которая была бы опасна для режима. Потому что Путину удалось смастерить самую кошмарную безнадегу, самую виртуозную безнадегу, пожалуй, за последнее столетие. И под каждым бумажным стаканчиком теперь прячется либо гвардеец, либо эфэсбэшник, либо кто-нибудь еще подобный... Их развели такое количество. Там такое сумасшедшее поголовье этих бездарей и неумех даже в своем мутном ремесле. Понятно, что их достаточно, чтобы в 21-м году организовать полное удушение всего живого в России. Это делается для того, чтобы люди, в России, которые хотят понимать, что они имеют единомышленников, что они не одиноки, – чтобы эти люди были обречены на одинокость и замолчали бы. И вообще, эта мания преследования, которая сегодня существует в России и которая проявляется в бесконечных истериках, потому что понятно, что не просто какой-нибудь депутат Взяткин взял и придумал законы про посадки за клевету, понятно, что это трансляция через него кремлевской истерики, – и режим решил спасаться вот таким, самым примитивным образом: через репрессии. Поскольку он ничего не научился делать другого, они, конечно, попытаются грохнуть YouTube в ближайшее время, они давно об этом мечтают и уже под видом борьбы с цензурой принят тот закон, который позволяет это делать. Вероятно, попытаются, а, может быть, и отвинтят голову «Эху», «Дождю» и так далее. Это вообще их главная мечта."