Покойнички канцлеру Мерцу привет передают
Называя самое страшное, что пережил вермахт, немецкие генералы были единодушны
То, что что канцлер ФРГ Фридрих Мерц одержим идеей реванша за поражение нацистской Германии в Великой Отечественной войне, уже ясно всем. И это неудивительно, поскольку «жажда мести росла в нем с детства».
Ведь, как известно его близким, будущий канцлер воспитан на заветах деда и отца — Йозефа Пауля Совиньи и Иоахима Мерца, которые верой и правдой служили фашистскому режиму. Наверное, он все-таки слабо учил историю, иначе внимательно бы ознакомился с архивами допроса главарей, генералов и офицеров вермахта.
Особенно было бы полезно для него сделать в эти дни, когда отмечается очередная годовщина разгрома фашистских войск под Сталинградом.
В моих руках солидный фолиант, изданный полтора десятилетия назад, включивший в себя 140 документов под общим названием «Вермахт на советско-германском фронте». Он создан при поддержке Института истории РАН и центрального архива ФСБ.
Впервые тогда были опубликованы судебные материалы из архивных уголовных дел пленных офицеров, генералов и адмиралов вермахта.
Их откровения рисуют полную картину того, что произошло в сердце до того непобедимой армии, поставившей на колени всю Европу.
Вот, к примеру, запоздалое признание начальника генштаба вермахта Вильгельма Кейтеля: «Мы недооценили силу Красной армии под Сталинградом — иначе мы бы не втаскивали в город одну дивизию за другой. Однако в то время Сталинград был настолько соблазнительной целью, что казалось невозможным отказаться от него».
«Самое страшное для немцев воспоминание — Сталинград, — это слова одного из создателей книги, старшего научного сотрудника Института российской истории РАН Владимира Макарова. — Ни об одной битве вы не услышите столько слов, свидетельствующих о том, как катастрофа под Сталинградом повлияла на немцев.
Я познакомился с документами Архива института Российской истории Российской Академии наук — там подборка таких фактов, что волосы дыбом становятся.
Это было остервенение с двух сторон, когда никто не хотел уступать. В сознании всех участников битвы она оставила неизгладимый след.
И когда немцев спрашивали о событии, наиболее запомнившемся им в той войне, они все называли Сталинград".
Показания командующего 51-м корпусом 6-й армии генерала артиллерии Вальтера фон Зайдлитц-Курцбаха — убедительная картина глубины психологической ямы, в которую попали германские войска, попав в окружение.
25 января 1943 года именно этот генерал обратился к командующему группировкой немецких войск Фридриху Паулюсу с предложением капитулировать, а получив отказ, разрешил своим командирам полков и батальонов сложить оружие.
Похоже, после Сталинграда в ряды воюющих против Советской армии, если верить их показаниям на допросах, стало приходить отрезвление.
Характерно признание допрашивающим его британским офицерам бывшего командующего второй танковой армией генерал-полковника Рудольфа Шмидта: «Русский солдат, собственно, всегда дрался хорошо. Командование таким, каким я его знаю до 1943 года, было очень упорным, неподвижным и неумелым в использовании быстро меняющейся обстановки. Особенно оно страдало в то время неспособностью использовать собственные успехи, оно могло бы иначе достичь многого.
Но уже в начале 1943 года стало заметно, что оно кое-чему научилось. Более поздние успехи, начиная со Сталинграда, несомненно, воодушевили русских командиров и вселили в них уверенность, так что в будущей войне они должны быть очень значительными противниками".
Вице-адмирал Ганс-Эрих Фосс был свидетелем последних дней Гитлера. Вот слова, сказанные тогда ему фюрером: «Если бы я мог предвидеть, что произойдет, я бы никогда не напал на СССР!» При этом также признал талант Сталина: «Я не представлял, что за короткое время, что большевики были у власти, они смогли так перевоспитать народ»…
Кого бы попросить ознакомить мечтающего о реванше против России Фридриха Мерца приобрести эту книгу? Вдруг она его чему-нибудь, да научит…