Пространные рассуждения или призыв к действию? Что стоит за заявлениями Лукашенко про возврат к СССР

Недавно Александр Лукашенко дал интервью подконтрольному РФ международному телеканалу Russia Today. В нем он заявил, что тоскует по советской модели управления страной и раздумывает над тем, чтобы к ней вернуться. Что может стоять за этими словами и значит ли, что общественное мнение готовят к каким-то околосоветским реформам? Об этом в новом выпуске «Как это понимать» рассуждают политический аналитик Артем Шрайбман и ведущий Глеб Семенов. Александр Лукашенко. Скриншот: видео телеграм-канала «Пул Первого» Артем Шрайбман говорит, что однозначно ответить на эти вопросы нельзя. По словам эксперта, все, что связано с трансформацией беларусской конституционно-политической системы — будущим Александра Лукашенко, транзитом, преемниками, может быть и просто «пространными рассуждениями» политика, и инструкцией к действию. — Это может быть просто какими-то завтраками для номенклатуры. Якобы «не переживайте, я вас с этим народом один на один не оставлю, мы что-нибудь придумаем, не волнуйтесь», — озвучивает один из возможных сценариев Артем Шрайбман. — Или это может быть реальным планом. Последнее, отмечает аналитик, исключать нельзя. Он объясняет, что новая Конституция дает человеку право занимать в Беларуси президентское кресло не более, чем два срока. Для Александра Лукашенко «день Х» наступит в 2035 году. Исходя из этого, общественное мнение могут настраивать к изменениям в управлении страной. — К этому времени, может быть, он действительно начинает готовить почву под то, чтобы все-таки какую-то новую модель «неухода» или отказа от новых выборов в Конституцию привнести, — предполагает эксперт. — У меня сейчас, к сожалению, нет хрустального шара, чтобы сказать, чем из этого является реплика [Александра Лукашенко] в разговоре с Russia Today. Пока не было конкретных сроков, параметров этой будущей возможной реформы — советизации системы ротации власти в Беларуси, в это очень сложно верить. Артем Шрайбман. Архивное фото Артем Шрайбман говорит, что за годы наблюдений за системой Александра Лукашенко, он пока исходил бы из того, что данные слова политика — риторика и «вербальные интервенции». — До тех пор, пока кто-то не внесет какие-то законопроекты, [не] начнет разрабатывать новую Конституцию и так далее… Пока этого не происходит, мы не можем относиться к этому как к чему-то другому, — озвучивает свою позицию эксперт. — Понятно, что мысли о том, что выборы как инструмент не надо было сохранять в беларусском конституционном каркасе, у Лукашенко витают не первый год. И он не первый год фетишизирует китайско-советский путь, в котором номенклатура воспроизводит сама себя без необходимости ходить за мандатом к людям. Пусть даже формально ходить. Понятно, почему это прельщает Лукашенко, отмечает Артем Шрайбман. — Ему кажется, что эта система, по примеру Китая, не приводит к кризисам. [А также] дает гарантии предыдущим лидерам (хотя, снова-таки, советский опыт тут двойственный: там были и перевороты, и все остальное). Но, по крайней мере, она не вынуждает тебя общаться с самым неприятным субъектом политического процесса — массами, — рассуждает эксперт. — Вот этот непослушный народец в таком случае будет исключен [из цепочки]. И ты, по крайней мере, сможешь из всех непредсказуемых переменных хотя бы одной избежать. Что приятно для автократа. От «ребята, вы просто одной ногой в тюрьме» до «уже в СИЗО» прошло два дня