Литва строит "военный Шенген" под себя – Латвия и Эстония остаются за бортом

Вильнюс продвигает идею свободного перемещения войск НАТО по Европе, но заботится только о собственной безопасности. На "военный Шенген" нужно 100 млрд евро – но выделить обещают в разы меньше. Чтобы весной 2027 года по железной дороге из Нидерландов в Литву прибыли две мотопехотные роты, заявку на их перемещение нужно подавать за год. В Еврокомиссии эти правила называют "плохим механизмом". Но лучшего пока не придумали. В Европе с 2024 года говорят о необходимости создать "военный Шенген" – систему, при которой вооруженные силы любого члена НАТО, включая США и Канаду, могли бы свободно перемещаться через границы без бюрократических препятствий. Для Вильнюса и Риги тема особенно актуальна. С союзниками их связывает построенная еще при царе-батюшке, местами обновленная, но все равно морально устаревшая единственная железнодорожная магистраль "Варшава – Санкт-Петербург". Проложена она через узкое горлышко так называемого Сувалкского коридора – что само по себе в случае кризиса чревато проблемами. Эстонцам чуть проще: они могут получать военную помощь северным маршрутом – паромами через порты Финляндии. Литовская же сторона на словах печется об интересах всей Балтии, а на деле – исключительно о своих. "Спасение утопающих – дело рук самих утопающих" – этот принцип просматривается в каждом заявлении литовских руководителей. Спасение по-литовски Даже на международном форуме по военной мобильности литовские спикеры не стеснялись расставлять приоритеты. Президент Гитанас Науседа призывал строить работу так, чтобы "координация на уровне НАТО стала максимально оперативной, а решения по переброске военной силы через польско-литовскую границу принимались как можно быстрее – желательно за часы". Возможно, он имел в виду и дальнейшее движение в сторону Риги и Таллина, но точку поставил именно на перемещении союзников через Польшу в Литву. "Возможны два пути. Первый – в случае кризиса создать условия, при которых военные силы передислоцируются чрезвычайно быстро в ту страну, где возникает наибольшая угроза", – заявил он. "Второй – реализовать принцип передовой обороны, когда мощности заблаговременно дислоцируются в странах, которые наиболее уязвимы или находятся ближе всего к границам с агрессивными государствами", – пояснил глава государства, подразумевая, разумеется, именно Литву. По словам Науседы, Вильнюс стремится к тому, чтобы военная мобильность – в правовом, экономическом и политическом смыслах – была реализована как можно быстрее для всех стран, входящих в формат усиленного передового присутствия НАТО (eFP). Нищие денег не считают В верхах ЕС говорят о средствах, которые "в следующей финансовой перспективе предусмотрены на оборонную связанность Евросоюза и военную мобильность". Суммы действительно кратно увеличиваются. "Теперь самое важное – надлежащим образом подать заявки и успешно реализовать эти финансовые ресурсы", – считают в Вильнюсе. Замминистра обороны Каролис Алекса приоткрыл некоторые детали развития критически важных транспортных узлов. Чтобы довести их до ума, требуется около миллиарда евро, а общая потребность в средствах на военную мобильность в Литве составляет порядка четырех миллиардов. Получить их планируется из инструментов Евросоюза и НАТО. Одними национальными средствами реализовать проект невозможно, да никто и не собирается. Государство готово вложить в инфраструктуру максимум "несколько сотен миллионов евро" – по сути, крохи. Основные ресурсы бюджета направлены на создание легкой пехотной дивизии. Что касается внешнего финансирования, вопрос проработан лишь теоретически. Когда появится твердый ответ – неизвестно. На словах речь идет о 17–18 млрд евро, но, "возможно, поток финансирования уменьшится". По крайней мере, этого не исключает сам Алекса. Министр транспорта Юрас Таминскас и вовсе опасается сюрпризов. В его ведомстве полагают, что транспортные узлы должны развиваться так, чтобы по ним можно было не только перебрасывать войска, но и – в обратном направлении, через Польшу в Европу – эвакуировать гражданское население. Получается, "военный Шенген" рассматривается в довольно оранжерейных условиях. Как будто кто-то действительно позволит толпам вооруженных людей свободно перемещаться по континенту. Москва всё знает Еврокомиссар по обороне и космосу, бывший литовский премьер Андрюс Кубилюс призвал европейских политиков перестать называть Россию "слабой". По его словам, заявления о том, что Европа гарантированно победит, несерьезны и мешают подготовке к реальным угрозам. Одной из главных "болевых точек" он назвал бюрократию и плохую инфраструктуру. Кубилюс предупредил: "Пока европейские солдаты заполняют бумаги, российские солдаты займут Сувалкский коридор". Переброска войск через ЕС сейчас может занимать недели, что, по его мнению, вовсе не способствует сдерживанию России. По его словам, "военный Шенген" находится в зачаточной стадии. Предстоит оперативно менять правовые акты, утверждать новые договоренности, корректировать работу военной промышленности с ее поставками. То есть перестраивать устоявшиеся форматы. "Огромный объем работы быстро не выполнишь" – впрочем, это очевидно и без пояснений Кубилюса. Он предупреждает: если пустить дело на самотек, в Восточной Европе в день Икс непременно случится катастрофа. Положа руку на сердце, она уже случилась. Кубилюс это понимает, хотя вслух не произносит. Европа впервые за 30 лет признала свою военную уязвимость. Инфраструктура ЕС к реальным военным сценариям не готова. В НАТО фактически расписались в неспособности оперативно передвигать свои армии. Большая часть мостов, тоннелей, железных дорог и портов рассчитана на грузовики массой до 40 тонн, а современный танк альянса весит 60–70 тонн. Взлетно-посадочные полосы далеко не везде позволяют принимать тяжелые транспортные борты. Наконец, о деньгах. "Военный Шенген" обойдется Европе примерно в 100 млрд евро. В следующем бюджетном цикле обещают выделить 18 млрд. Выводы напрашиваются сами собой. Военная мобильность придумана, но из-за нехватки финансирования рискует остаться красивой фантазией. Архитектура нарисована – строительных материалов нет. Впрочем, для России и ее союзников это скорее хорошая новость. Анастасия Кулик