Раймонд Паулс взорвал "бомбу": "Я уже старый и могу сказать правду". Власти Латвии не ожидали

Европа сегодня пытается выглядеть монолитной. Будто вся она говорит одним голосом. Кажется, что там не осталось людей, которые видят русских иначе, чем диктуют официальные заявления. Но... на деле всё несколько иначе.

Мы в этой европейской "картине мира" выглядим как удобная мишень, а не соседи, коллеги или партнёры. Простые люди в Европе редко спорят с гадостями о русских, чаще они просто молчат. Не знают, как сказать. Предпочитают не высовываться. Но есть и среди таких особенные личности – те, кому не нужно думать о последствиях. Среди таких Раймонд Паулс. Он прожил долгую жизнь в нашей общей культуре. Он видел родную Латвию в разные времена и помнит, что её связывало с Россией. Потому Раймонд Паулс взорвал информационную бомбу: "Я уже старый и могу сказать правду".

Люди забыли, как было

Паулс вспомнил годы, когда культура связывала страны, а политика не мешала. Вспомнил фестивали, совместные проекты, живой интерес к русской сцене. И сказал то, о чём многие только думают. Латвия потеряла часть себя. Стала далёкой и чужой для всех. Люди это чувствуют, но обсуждать вслух боятся. 

Но почему же не испугался Раймонд? Например, потому что имя его неотделимо от латышской истории. Раймонд Паулс родился в Риге в 1936 году. Его семья была далека от сцены, но не от искусства. Отец работал стеклодувом и играл на скрипке. Мать вышивала жемчугом, пока не посвятила себя дому. Дед выступал в свадебных оркестрах. В такой атмосфере музыка стала естественной частью жизни будущего композитора.

В старших классах Раймонд Паулс увлёкся джазом. Играл на танцевальных вечерах, импровизировал и быстро нашёл собственный музыкальный почерк. В 1964 году возглавил Рижский эстрадный оркестр Государственной филармонии. Позже создал ансамбль "Модо". В советские годы Паулс стал одним из самых известных композиторов республики. Он писал музыку для сомнительных, как мы теперь знаем, персонажей, например для Аллы Пугачёвой или Валерия Леонтьева. Его мелодии звучали по всей стране. Имел влияние человек на умы общества.

После распада СССР Паулс пошёл в политику. Его назначили министром культуры Латвии. В 1999 году композитор в качестве кандидата даже участвовал в выборах президента. Это был редкий случай, когда музыкант оказался среди претендентов на высшую государственную должность почти до победного. Паулс видел, как страна перестраивается, и понимал, как новые решения влияют на культуру, которой он посвятил всю жизнь.

"Могу сказать правду"

Его концерты по-прежнему собирают публику, а старые хиты остаются важной частью музыкальной памяти. Только вот страна уже не та, потеряла важную часть, и Паулс не побоялся воскликнуть: "Я уже старый и могу сказать правду!"

В интервью латвийской газете Neatkarīgā Rīta Avīze он объяснил все проблемы страны одним лишь фактом:

Жаль, что мы потеряли большой рынок, который находится от нас на востоке. Он был ментально ближе к нам, чем западный рынок. Нас там никто не ждёт...

Паулс говорил о положении Латвии, опираясь на собственный опыт. В интервью он обратил внимание на то, во что превратилась точка притяжения культуры и искусства – его страна:

Вы знаете, я чувствую, что мы стали провинцией – не только Запада, что само собой разумеется, но и Востока.

Дальше он затронул тему языка. Паулс сравнил разные периоды: как жила Латвия в советское время и как живёт сейчас. Он напомнил, что в прошлом два языка сосуществовали спокойно, а сегодня политика изменилась резко.

Тогда оба языка использовались свободно, а сегодня, по его словам, русский оказался под давлением:

А вот (теперь) в Латвии русский язык под запретом, его использование наказывается и подавляется властями. Под запретом все российские телеканалы...

Хотя даже при строгих ограничениях люди продолжают смотреть российские телеканалы через интернет, потому что так привыкли и не хотят отказываться от языка. Так что запреты выглядят просто смешно!

Раньше интересы латышей не задвигали, зато теперь Брюссель настаивает на повсеместном владении английским, а судьба латышского языка и национальных интересов едва ли вызывает у европейских чиновников хоть какой-то отклик.

Молодёжь уезжает из страны и не возвращается. Рождаемость падает, население сокращается, и эти процессы становятся частью общей картины. Латвия быстро теряет устойчивость: "Больше половины фермерских хозяйств обанкротились и прекратили существование. На всё это больно смотреть, ощущение такое, что скоро в нашей стране, кроме русофобии, больше ничего не останется". И кому это всё, спрашивается, надо? Вероятно, даже те, кто это затеял, уже не понимают.

Когда-то Латвия была заметной частью большой культуры. Фестивали собирали тысячи людей со всех страны, а музыка республики звучала далеко за её пределами. Сегодня ситуация выглядит иначе. Латвийские песни, фильмы и театр живут в основном внутри своей аудитории. Молодёжь чаще выбирает продукты других стран, и интерес к местной культуре постепенно ослабевает.

А вот Раймонд Паулс, несмотря на возраст, остаётся действующим артистом. Ему 89 лет, но он продолжает выступать. В Риге он часто выходит на сцену музыкального дома Daile. И будет делать это, пока есть силы. Между тем Европа своими же руками продолжает разрушать крепкую когда-то связь между нами. Посмотрим, что от них останется...