Ким Чен Ын теперь и флотоводец, и флотовладелец

Сначала представим себе некоторую несколько идиллическую картину. Портовый город Нампхо, расположенный на западном побережье Корейского полуострова. На его рейде сияющий свежей краской и притягивающий взор строгими линиями палубных надстроек новенький эскадренный миноносец.

На капитанском мостике которого человек во френче с до боли знакомой всему миру фигурой. А палубные пусковые установки посылают в небо крылатые ракеты, оставляющие за собой размазывающие над Желтым морем мартовские облака инверсионные следы.

Как вы понимаете, это не грезы лирика от войны и не кадры очередного пропагандистского блокбастера. Это — суровая реальность, свидетельствующая о нежелании Корейской Народно-Демократической Республики мириться со статусом «страны-изгоя», обладающей примитивным флотом.

Именно поэтому 4 марта 2026 года лидер Северной Кореи Ким Чен Ын лично поднявшись на борт нового эсминца «Чхве Хён» послал сигнал всему миру — его страна способна строить корабли, при виде которых у его соседей-врагов начинается непреходящая головная боль.

Однако, лозунги — лозунгами, а цифры — цифрами. Что такое «Чхве Хён»? В первую очередь, это пять тысяч тонн водоизмещения. Для справки: аналогичная характеристика российского многоцелевого фрегата второго ранга ближней, дальней морской и океанской зоны с управляемым вооружением проекта 11356 «Буревестник» выглядит куда более скромно — 4000 тонн.

По данному показателю северокорейцы вплотную приблизились к американским эсминцам четвертого поколения класса «Arleigh Burke». Хотя по начинке флоту Кима пока (!) еще до них далеко.

Важен факт. Страна, которая еще вчера в отношении кораблестроения считалась безнадежно отсталой, самостоятельно строит корабли океанской зоны, габаритные размеры которых, мягко говоря, не оставляют равнодушным. Корпус длиной сто сорок четыре и шириной двадцать два метра, это бесконечно далеко от катера береговой охраны. Более того, это — серьезная боевая единица, имеющая на вооружении весьма широкий арсенал вооружений.

Что еще бросается в глаза даже при не очень детальном визуальном осмотре? Радиолокационный комплекс. А точнее, четыре крупных антенны, выполненных с использованием технологии фазированных активных решеток.

А, если проще, это те самые устройства, которые позволяют командиру корабля видеть на 360о обстановку на воде и над водой одновременно. Именно такими системами оснащаются современные эскадренные миноносцы Китая, США и даже Японии. А теперь и КНДР.

Следующее, что обращает на себя внимание — характерные для современного корабля наклонные грани палубных надстроек.

Ну и том, без чего любой корабль ни что иное как обычная рыбацкая лодка — о вооружении. Что взлетало с палубы «Чхве Хён» под внимательным взглядом товарища Кима? Это были стратегические (а, значит, способные нести ядерный боезаряд) крылатые ракеты класса «корабль-поверхность».

Кстати, по мнению южнокорейских военных экспертов и аналитиков информационного агентства «Yonhap» речь идет о тех самых ракетах, которые летают на дальности в тысячу километров и далее.

Центральное Телеграфное Агентство Кореи опубликовало кадры, на которых запечатлен поочередный старт как минимум четырех таких ракет. То есть, это не одиночный пуск в расчете произвести медийный эффект, а демонстрация полноценной серийной стрельбы в рамках нанесения массированного удара. Однако, этими «игрушками» боевой потенциал «Чхве Хён» далеко не ограничивается.

В процессе прохождения первого этапа испытаний с борта этого эсминца производились пуски сверхзвуковых крылатых и зенитных ракет, велся огонь из палубной автоматической артиллерийской установки калибром 127 миллиметров. Которая, к слову, даже внешне очень похожа на стандартную пушку американских эсминцев — Mk.45 Mod 4.

Военно-аналитическое издание «Zona Militar» насчитало на новом северокорейском эсминце не менее пяти различных типов вертикальных пусковых установок. Причем, общее количество ячеек (от небольших — для ЗУР, до крупных — под крылатые или противокорабельные ракеты) может варьироваться в диапазоне от 74 до 82. Таким образом, арсенал «Чхве Хён» — это самый широкий «зоопарк» боеприпасов: противокорабельных, противовоздушных и ударных.

Для ведения ближнего боя на эсминце предусмотрена система противовоздушной обороны, визуально очень напоминающая российский ЗРПК «Панцирь-М», и 30-миллиметровые зенитные автоматы, схожие с советскими АК-630. Плюс 533-миллиметровые торпедные аппараты. Такой вот кораблик, набитый оружием, словно пасхальный кулич изюмом.

Но, вернемся к тому, с чего начали. Лидер КНДР не просто присутствовал при пусках ракет, он вышел в море для того, чтобы лично оценить маневренные и ходовые характеристики «Чхве Хён».

Да, не все у корабелов КНДР гладко. Так, при спуске «Кан Кон» (второго в серии корабля этого проекта) корпус дал трещину. После того, как Ким Чен Ын лично оценил «преступную безответственность» виновных в аварии должностных лиц, корабль в ускоренном темпе был восстановлен. Более того, в настоящее время ведется строительство третьего в серии эсминца.

И отдельно о громком заявлении Пхеньяна, прозвучавшем так: «Темпы оснащения военно-морских сил ядерным оружием признаны удовлетворительными». Попробуем расшифровать.

Оснастить баллистическую ракету наземного базирования ядерной боеголовкой — это одно. И совсем другое — запустить в серию компактный боеприпас, способный функционировать в условиях качки, соленой воды, повышенной влажности и т. д.

Однако, если у товарища Кима все получится, то эсминцы класса «Чхве Хён» станут реальными ядерными носителями, гарантирующими непроходящую головную боль не только ближайшим соседям, но и «гегемону».

Тем более, что испытания нового эсминца прошли на фоне резкого обострения военно-политической обстановки на Ближнем Востоке. Скорее всего, Ким Чен Ын решил напомнить о себе и своей роли в современной геополитике.

Не случайно ракеты «Чхве Хён» летели в сторону спорных границ с Южной Кореей в Желтом море. С принятием этого эсминца на вооружение северокорейские ВМС получат самый мощный в своей истории надводный корабль.

И если планам товарища Кима по ежегодному строительству двух таких эсминцев суждено сбыться, то к 2030 году КНДР станет обладательницей серьезного океанского флота.

Способного не только серьезно угрожать мировым морским коммуникациям, но и проецировать свою силу далеко за пределы северокорейских территориальных вод. Естественно, Пхеньяну еще предстоит решить массу проблем, связанных с вопросами ресурсов, уровнем надежности систем и программой подготовки экипажей.

Однако важен факт — Северная Корея в полный голос заявила о себе как о морской державе, что заставляет с ней, как минимум, считаться.