"Грация": меланхоличный портрет президента Италии
Одна из главных фестивальных премьер весны в российском прокате – это «Грация», вероятно, самого знаменитого сегодня итальянского режиссера Паоло Соррентино. Автор вернулся к всегда интересовавшей его теме людей у власти. Его «Изумительный» был посвящен премьер-министру Италии Джулио Андреотти. «Лоро» рассказывал о Сильвио Берлускони. «Грация» же повествует о выдуманном на сей раз правителе – президенте Мариано де Сантисе. Всех трех этих персонажей в разные годы талантливо изобразил любимый артист Соррентино Тони Сервилло. На последнем Венецианском кинофестивале, где и состоялась премьера «Грации», Сервилло наградили кубком Вольпи – призом за лучшую мужскую роль смотра.
Мариано де Сантис кардинально отличается от всех прочих скандальных власть имущих, сыгранных Тони Сервилло в фильмах Соррентино. Возможно, именно поэтому он – плод воображения режиссера. Почти утопическая фигура президента. Впрочем, при ближайшем рассмотрении и он не вполне идеален.
[embed]https://profile.ru/culture/poluton-gromkij-vo-vseh-smyslah-s...[/embed]
Де Сантис изображен Соррентино как президент, лишенный болезненного тщеславия и больших политических амбиций. Конечно, срок его службы совсем скоро подойдет к концу, но был ли он другим, только получив должность? Едва ли. Герой чересчур уравновешен, для того чтобы его решениями руководили страсти и комплексы. По образованию и в глубине души он – юрист, руководствующийся логикой и законом. Он ищет правду. Однако внутренние бури вовсе не обходят его стороной, но касаются они сферы, не связанной с профессиональной. С нежной иронией Соррентино показывает Мариано де Сантиса мужчиной, так и не залатавшим свое сердце после измены жены, которая произошла еще сорок лет назад. Несмотря на то, что супруга уже умерла, он продолжает гадать, с кем она изменила ему, и воскрешать в памяти ее образ времен юности.
[caption id="attachment_1857462" align="aligncenter" width="1200"] Кадр из фильма "Грация"[/caption]
Дочь президента Доротея (Анна Ферцетти) тем временем пытается достучаться до почти уже равнодушного к делам государственным отца. Она занимается законом о праве на эвтаназию, который, как она считает, стоило бы принять до окончания президентского срока отца. А еще на горизонте у де Сантиса – два решения о помиловании. Молодая женщина убила своего мужа-тирана, а уважаемый профессор отправил на тот свет жену, страдавшую от болезни Альцгеймера. Де Сантис же не в состоянии даже решить судьбу своего пожилого коня, мучающегося от боли.
[embed]https://profile.ru/culture/zapretnyj-plod-krasivyj-frukt-s-y...[/embed]
Любитель всяческой избыточности Соррентино на сей раз придерживает свою буйную фантазию. Его герой честно говорит о том, что он в отличие от яркой и смелой жены всегда был человеком серым и скучным – слугой закона. Его характеру соответствует и по-прежнему перфекционистская, но сдержанная картинка (оператором вновь выступила Дарья Д’Антонио). Конечно, без эффектных решений итальянский постановщик все равно не обошелся. То мы наблюдаем за комическим появлением президента Португалии сквозь замедленные кадры дождя. То за общением Мариано и папы Римского – темнокожего мужчины с дредами, перемещающегося на мотоцикле. То следим за тем, как полюбивший рэп Де Сантис пытается выучить одну из любимых песен. Иными словами, без характерной для большинства картин Соррентино доброй иронии дело не обошлось.
Однако общая тональность фильма скорее меланхолическая. Внутренний взор главного героя обращен в прошлое, а не в будущее. Он так поглощен своей душевной болью, что не может по-настоящему оценить старания дочери, которая в каком-то смысле жертвует своей жизнью, работая на него. Соррентино умеет изображать в своих фильмах старость как наполненную витальностью, так и лишенную настоящей тяги к жизни (как в случае с «Грацией»). Ближе к финалу, впрочем, Мариано де Сантис все-таки заглядывает в настоящее и даже в будущее, а Соррентино выводит портрет правителя, на его взгляд, близкого к идеалу. Когда президент позволяет себе начать руководствоваться не только рацио, но и эмоциональным чутьем, он приходит, вероятно, к самым верным решениям. Одним из них становится готовность довериться своим детям – новому поколению. Другим – никогда не забывать о милосердии. Это, кстати, один из возможных переводов на русский язык слова «La grazia» – в оригинале картина называется именно так.