Все, хватит. Погуляла страна Германия на воле, в неоккупированном состоянии, - и будет. Идея главы немецкой национально-культурной автономии Крыма, депутата Госсовета республики Юрия Гемпеля расторгнуть договор 1990 года "Об окончательном урегулировании в отношении Германии" получила первые "лайки" в коридорах федеральной власти.

Ну, точнее, "лайк" пока только один: предложение Гемпеля всецело поддержал его земляк - сенатор Сергей Цеков, представляющий в верхней палате законодательную ветвь крымской власти.

Но лиха беда начало. Можно смело прогнозировать, что этот положительный отзыв будет не единственным. На это, в частности, указывает внимание, уделенное высказываниям крымчан государственными информагентствами.

"Договор "Об окончательном урегулировании в отношении Германии" от 12 сентября 1990 года фактически не реализуется и подлежит денонсации", - без обиняков и длинной преамбулы заявил Юрий Гемпель РИА Новости. В частности, по мнению Гемпеля, "так и не реализовались положения статьи 7 договора, и родина наших предков так и не обрела полный суверенитет над своими внутренними и внешними делами".

Еще одна претензия: "Договором страны скрепили себя готовностью не рассматривать друг друга как противников и работать над установлением отношений доверия и сотрудничества, но нынешние власти Германии полностью попрали данные своими предшественниками обещания". Германия "однозначно игнорирует" положения договора, полностью согласен с коллегой сенатор Цеков.

Вряд ли, конечно, эти аргументы выдержат серьезный международный арбитраж: тут потребовалось бы представить что-то повесомее эмоциональных выпадов. Но ведь, положа руку на сердце, не для арбитражей они и выдвигались. Да и вообще, есть такое подозрение, весь этот шум поднимается вовсе не для того, чтоб "сказку сделать былью". А ради, главным образом, самого шума.

Но поскольку подозрения, как говорится, к делу не подошьешь, а предложения высказаны уважаемыми государственными мужами, придется, воленс-ноленс, рассматривать идею всерьез. Напомним, что обсуждаемый документ, известный также как договор "Два плюс четыре", возвращал безоговорочно капитулировавшей в 1945 году и расколотой надвое стране полный суверенитет во внешних и внутренних дела, открывая тем самым дорогу к ее воссоединению.

Подписанты: представители обоих немецких государств, глава МИД Федеративной Республики и председатель Советами министров ГДР, и главы внешнеполитических ведомств четырех держав-победительниц - СССР, США, Великобританией и Франции (отсюда и "Два плюс четыре).

Державы-победительницы "настоящим прекращают действие своих прав и ответственности в отношении Берлина и Германии в целом, - гласила статья 7 договора "Об окончательном урегулировании". - В результате прекращают свое действие соответствующие связанные с ними четырехсторонние соглашения, решения и практика и распускаются все соответствующие институты четырех держав".

Теперь - что будет означать односторонний выход из договора России, правопреемника СССР? Если коротко - ничего. Ну, по крайней мере, ничего в плане утраченных "прав и ответственности" СССР/России в отношении Германии. Разрыв договора не приведет к автоматическому включению территории бывшей ГДР в российскую сферу влияния. Точно так же, как, например, денонсация Турцией Кючук-Кайнарджийского мира не привела бы к возвращению в состав наследницы Османской империи Крымского полуострова.

Для того чтобы возвратить Восточную Германию в прежнюю "гавань", в статус сателлита-союзника Москвы со всеми прилагающимися к статусу атрибутами (подконтрольное государство, руководимое "братской" правящей партией, группировка оккупационных войск, "Дружба-Freundschaft" и т.д. и т.п.), пришлось бы начать новую мировую войну. Впрочем, вернуть ситуацию в исходное состояние не получится даже в этом случае. Можно даже сказать, тем более не получится.

Тут, скорее, вырисовывается вариант, описанный драматургом Александром Островским в его пьесе "Бесприданница": "Так не доставайся же ты никому!". Причем относится это будет не только к Восточной Германии, и даже, пожалуй, не только к Европе, но и, с большой вероятностью, ко всему земному шару.

Короче говоря, фарш невозможно провернуть назад. Выгод от попыток провернуть - ни малейших. А неприятности - даже если попытки останутся в политико-юридических рамках (в смысле, денонсируем - и все) - вполне возможны. Тот договор помимо абстрактных обязательств жить со всеми, прежде всего с контрагентами, в мире и добрососедстве, накладывает на объединенную Германию целый ряд жестких ограничений.

В том числе отказ от производства, владения и распоряжения ядерным оружием, а также от выдвижения - как сейчас, так и в будущем - к кому бы то ни было каких бы то ни было территориальных претензий. Что предполагает, уточним, и отказ на веки вечные от территориальных претензий к России, в чьем составе с известных пор находится северная часть бывшей германской провинции Восточная Пруссия.

Рискнем? Между прочим, дискуссия на тему: "Не пора ли Германии обзавестись собственной атомной бомбой" - идет уже в стране полным ходом. Нет, сейчас-то рисков никаких. Ну, почти никаких. Но, во-первых, хотелось бы понять, зачем вообще рисковать, какие плюсы мы получим от денонсации договора. Пока они совершенно не просматриваются. А во-вторых, история мира не заканчивается 24 годом XXI столетия. Будем, во всяком случае, на это надеяться.

Автор: Кирилл Иванов