В стране чудес: как немецкий пионер нашел последний приют в Крыму
Эта необыкновенная история о том, что бывает с человеком, когда он становится инструментом искусственно созданной истории. О том, что бывает с создателями таких историй. В общем, это история без счастливого конца про Пигмалиона и его детище, перенесенных в СССР 30-х годов.
Золотое перо СССР
Был в Советском Союзе очень известный журналист Михаил Кольцов, настоящая фамилия Фридлянд. Он с 1916 г. начал печататься в газетах, принимал активное участие в революционных событиях 1917 года, в 1920–1930-х гг. с успехом публиковался во многих газетах и журналах: в СССР его называли "журналист № 1". Особенно ему удавались фельетоны, которые считались чуть ли не главным средством пропаганды. Это именно Кольцов возродил журнал "Огонек", возглавлял журнально-газетное объединение, в котором выходила такая классика прессы как "За рубежом", "Советское фото", "За рулем" и "Крокодил". Тиражи исчислялись миллионными экземплярами. Он не только писал статьи, он придумывал новые форматы, был талантливым организатором. Сейчас бы сказали – медиаменеджером. Он был настолько влиятелен и безупречен, что его часто командировали за рубеж.Михаил Кольцов (Мойсей Ефимович Фридлянд, 1898-1940), советский писатель, публицист и журналист.
Однажды в 1932 году Кольцов за границей познакомился с немецкой журналистской, антифашистской, немецкой коммунисткой Марией Остен, настоящая фамилия Гресхендер. Остен помогает Кольцову в его зарубежной деятельности, сопровождает его в его поездках как по СССР, так и за рубежом. У них, несмотря на имеющуюся у Кольцова жену, возникает роман. Мария становится сотрудницей Жургаза.
В 1933 году Кольцов и Остен едут в Париж для освещения процесса о поджоге рейхстага, так как визу на въезд в Германию фашистские власти Кольцову не дали. Они живут в столице Франции и собирают необходимые для работы материалы. Как-то, выкроив несколько дней отправляются а область Саар, в то время отделенную от Германии по условиям ее капитуляции после Первой мировой войны). Тут для них есть еще один рабочий интерес: в Сааре вскоре должен был состояться референдум по вопросу о присоединении его к Германии, журналистам было интересно узнать настроения народа.
Страстной бульвар, 11. Дом, в котором в 1920-1939 годах размещалась редакция журнала "Огонек" и работал публицист Михаил Ефимович Кольцов.
Бежать от фашизма
Путешествуя по Саару, Кольцов и Остен остановились в доме шахтера Иоганна Лосте – коммуниста и многодетного отца. Семья Лосте жила, прямо скажем, небогато, дети досыта не ели. Мария Остен предлагает Иоганну взять с собой в СССР одного из его сыновей 10 лет, чтобы он пожил и попутешествовал по государству, которое так активно строит коммунизм. Условие было одно – мальчик должен был в виде дневника описывать все, что он увидит в Стране Советов.Идея Марии была не спонтанной: еще в Москве она, по данным некоторых источников, подписала обязательство написать книгу для детей и взрослых, рассказывающую о прелестях СССР от имени ребенка из капиталистической страны. Идея принадлежала Кольцову. Так что то, что выбор пал на рыжеволосого, веснушчатого, круглолицего и приятного внешне Губерта – чистая случайность, ставшая роковой.
Родители отпустили мальчика: во-первых, Лосте, как и многие другие коммунисты и социал-демократы, был после прихода к власти Гитлера, имеющего притязания на Саар, обеспокоен происходящими событиями и опасался за свое будущее. А во-вторых, детей было слишком много, кормить их было сложно. Родители планировали, что Губерт поживет в СССР пару лет, а потом все утрясется и он вернется.
Новая жизнь в новой стране
В книге, которая вышла в 1935 году (о ней расскажем позже), есть специальный вкладыш с настольной игрой-бродилкой. В игре "выигрывает тот, кто раньше придет в Москву из фашистского Саара". В игре есть клетки, в которых игрока "хватают штурмовики и отправляют на допрос в клетку", клетка "завод Ситроена. Безработные у ворот, они только что уволены. Узнав, что попавший сюда путешественник едет в СССР, они усаживают его на скорый поезд", клетка "Варшава. Попавший сюда теряет два хода, пока его выпустят в СССР". В общем, в игре куча препятствий – политический строй, погодные условия, забастовки рабочих, аварии пароходов… Игрок может пропускать ход и по положительной причине: ради отдыха в колхозе или осмотра Днепрогэса, авиапраздника в Минске или "Артек. Здесь герой попадает в детский пионерлагерь и пропускает три хода".В октябре 1933 года троица Мария-Михаил-Губерт выехали в Париж, откуда через Прагу прибыли в Москву.
Приезд Губерта в СССР был торжественно обставлен и широко освещался в прессе. Один банкет сменялся другим, Губерт всегда был во главе стола. Все газеты опубликовали его фотографии и подробные статьи о нем. Губерту это внимание и постоянные развлечения очень нравились. После выхода книги и сам Губерт стал известным пионером - его имя присваивали площадям, улицам и заводам.
В Москве Лосте вместе с Марией Остен живет в именитом только что построенном Доме на набережной. Квартира записана на Кольцова. Михаил и Мария называют его усыновленным мальчиком, но документов об усыновлении в архивах пока не найдено.
В 1934 году Губерта принимают в немецкую политехническую рабочую школу имени карла Либкнехта, там же учатся дети немцев, сбежавших от фашистского режима. Одноклассники вспоминают, что Лосте был тихим, учился посредственно и особого участия в общественной жизни не принимал.
Благодаря связям Кольцова мальчик встречался с Буденным и Тухачевским, был без очереди в Мавзолее, летал на настоящем самолете, близко видел Сталина на трибуне, беседовал с легендой Московского театра для детей Натальей Сац.
Первая страница книги "Губерт в стране чудес". Блог Исторического музея России
Удивительные приключения в стране чудес
Все эти встречи описаны в книге под названием "Губерт в стране чудес. Дела и дни немецкого пионера". Книга вышла как специальный номер журнала "Огонек" тиражом в 19 тысяч экземпляров и была противовесом "буржуазной" сказке Льюиса Кэрролла об Алисе, которая тоже попала в страну чудес. В предисловии читаем:"В старых сказках часто случалось, что ребенка принимают в свою среду звери и эльфы. Но это ничего не меняет, и все пережитое, в конце концов, оказывается лишь чудесным сном. Иное дело с Губертом. Он действительно попал в новый мир, ему даже предложили остаться в нем на всю жизнь".
Книга была своеобразным пропагандистским прорывом: в ней без счета иллюстраций, цветных и черно–белых, уже упомянутый вкладыш с игрой и другие интерактивы, и даже фотография Сталина с дочерью Светланой на руках. Ради этой фотографии Мария Остен писала личное письмо вождю: "… я прошу разрешить напечатать в этой книге портрет Ваш с дочкой. Какую радость это доставит всем маленьким и взрослым читателям моей книги в СССР и во всем мире: какой подъем вызовет у них".
Содержание книги тоже абсолютно пропагандистское: Губерт сначала рассказывает о своей беспросветной жизни в Сааре, где у коммунистов и пионеров нет защиты от фашистов, а потом – о новой жизни в новой стране, полной реальных чудес. Он путешествует по Парку культуры, станциям сталинского метро, прекрасным московским улицам, едет в детский лагерь, смотрит на военный парад, учится в светлой школе, где учителя не порют учеников и в столовой кормят, ходит в цирк и зоопарк – в его деревеньке в Сааре ничего из этого не было. В каждом сюжете он восторженно отзывается о прекрасном детстве в Стране Советов.
Портрет Губерта Лосте из книги "Губерт в стране чудес". Блог Исторического музея России
С трибун мавзолея в детдом
После выхода книги Мария и Михаил все чаще уезжали в командировки, мальчик жил один, в школе товарищей он толком не нашел.В 1936 году Мария и Михаил надолго поехали в Испанию, где идет гражданская война. Интересно, что кроме Губерта, Остен и Кольцов в стране Пиренеев "усыновили" и мальчика из Испании, биологические родители которого погибли. Ребенка назвали Хозе (Иосиф).
А Губерта отдают жить в детский дом, где он "в общественной жизни участие принимал слабое". Это из характеристики директора этого учреждения.
И далее директор пишет: ради того, чтобы выгородить себя, Лосте готов оговорить товарищей. Этот факт с приведением соответствующих документов описан в документальном фильме Бориса Караджева, посвященного Губерту.
После детского дома Губерт Лосте учится на фрезировщика и живет в общежитии, но недолго. Через связи Кольцова он через три месяца въезжает в уже привычную и просторную ему квартиру Дома на набережной. Да не один, а с девушкой. Работать на заводе он не хочет, тогда брат Кольцова, карикатурист Борис Ефимов устраивает юношу в более спокойное место – библиотеку иностранной литературы.
Михаил Кольцов (слева) в окопах испанских республиканцев.
А над Кольцовым сгущаются тучи. Неизвестно, что в Испании стало причиной опалы золотого пера СССР, но Михаила Кольцова обвиняют в шпионаже и связях с правотроцкистами. Мария Остен узнает об этом и, несмотря на настоятельные просьбы Кольцова не возвращаться в СССР, едет спасать любимого, с которым они к тому времени расстались. Попытки Марии воздействовать на ситуацию ни к чему не приводят, ее все сторонятся. Когда она приехала из заграницы, чтобы спасти Кольцова, Губерт не пустил ее на порог квартиры, Мария живет по гостиницам. Остен пыталась в суде доказать свое право на жилплощадь, ей это не удалось.
2 февраля 1940 года Кольцов был расстрелян. А 22 июня 1941 года ее арестовывают и предположительно в сентябре 1942 года расстреливают также по обвинению в шпионаже.
Документы Губерта Лосте. Стоп-кадр из документального фильма Бориса Караджева "Губерт в стране "чудес"
Полноправный гражданин Страны Советов
Пока Кольцова и Остен таскают по тюрьмам, в 1939 году Лосте становится полноправным советским гражданином, о чем попросил собственным заявлением.Несмотря на этот статус юношу, которому исполнилось 18 лет, как и всех других немцев, выселяют из столицы. Теперь его место жительства – крошечная деревня Ростовка Тельмановского района Карагандинской области. Население – менее тысячи человек. В Ростовке он работает пастухом, потом в библиотеке. Характеристики получает неблагонадежные, так как просит разрешить выехать в Германию к родным. Но, конечно же, это было категорически невозможно и по идейным соображениям, и физически: после присоединения Саара к третьему Рейху семья Лосте бежала во Францию, а брат Курт стал узником концлагеря Дахау.
Но всего этого Губерт не знал и не мог знать. Он женится на русской немке, у него маленькая дочка Элеонора. Советский немец работает механиком-трактористом и находится на хорошем счету у начальства.
По воспоминанием Элеоноры Лосте, они жили в районе, где все окружение было выселенными немцами. Поселенцев окружали вышки и часовые, передвижение было разрешено только с документами и только днем.
По ее же данным, отца после окончания войны сначала на пять лет осудили за кражу, а потом дали еще семь лет – за неудачную критику государственного строя при свидетелях.
Механик винсовхоза под Алуштой
В то время, пока Губерт отбывает наказание, его отец, мать, братья и сестра, вернувшиеся в Саар, безуспешно пытаются отыскать его при помощи Красного Креста и советского политбюро. Но те Губерта "потеряли". Или не хотели искать.По свидетельству жены и дочери, Губерт Лосте вернулся домой из мест не столь отдаленных после смерти Сталина. Он снова просит его выпустить из СССР в Саар. Но сделать это было никак невозможно по идеологическим государственным мотивам: а ну как выросший восторженный мальчик Губерт стал менее восторженным после лагерей?
Чтобы успокоить Губерта, его селят в Крыму, поближе к морю и подальше от центров цивилизации, в небольшом поселке Малореченское между Алуштой и Судаком дают семье дом. В винсовхозе, где он работал механиком и даже имел патенты на изобретение, Губерта Ивановича ценили за рациональность и смекалку.
Советское государство даже разрешает его матери приехать к нему, что она и сделала: в семейном архиве есть фото, на которых под крымскими кипарисами сидят советские граждане и мама Губерта из Саара. На фото подпись – 1958 год.
А через год Губерт Лосте умер в районной больнице от банальной врачебной ошибки: доктор по симптомам не сумел вовремя распознать аппендицит.
Могила немецкого пионера со страшной судьбой украшена невысоким обелиском с красной звездой на вершине. И звезда эта как будто смотрит на море, окрестные горы и прямо на храм-маяк чуть ниже по склону.
Книгу же о Губерте, который не очень счастливо жил, а потом по нелепой случайности умер в стране чудес, изъяли из всех библиотек еще до войны. Теперь она – библиографическая редкость.
В 1973 году Владимир Высоцкий работает над спектаклем об Алисе в стране чудес и пишет к нему в том числе и такие стихи:
"Много неясного в странной стране — можно запутаться и заблудиться… Даже мурашки бегут по спине, если представить, что может случиться…"
Храм Святого Николая Чудотворца (Мирликийского) в крымском селе Малореченском, между Алуштой и Судаком.