Двойные стандарты: маркировка для легпрома обязательна не для всех
Продавцы и производители товаров легкой промышленности могут не маркировать свои изделия.
По распоряжению премьер-министра Михаила Мишустина теперь ремесленники могут продавать без кодов маркировки трикотажные блузки машинной и ручной вязки, пальто, накидки, плащи, куртки, ветровки, текстиль для кухни и постельное белье. По словам специалистов, качество этих товаров покупатель может оценить сам, маркировка в большей степени нужна алкогольной продукции и лекарствам.
Маркировка представляет собой уникальный код, наличие которого дает возможность покупателю убедиться, что перед ним качественная легальная продукция, а также проследить весь путь товара с момента производства до покупки. Промаркировав весь товар, в правительстве хотели избавиться от серого импорта, от нелегальной и контрабандной продукции.
Многие представители малого бизнеса вздохнули с облегчением: по мнению ремесленников, с начала введения обязательной маркировки для изделий легкой промышленности в январе 2021 года они регулярно сталкиваются с трудностями из-за несовершенства системы. Чтобы малый бизнес мог продавать свои товары, необходимо для начала зарегистрироваться на портале «Честный знак», положить на специальный счет деньги, скачать коды с сайта, наклеить их на предназначенный для продажи товар, ввести данные в систему и запустить коды в оборот, а после продажи продукции вывести ее из оборота.
При этом, по словам предпринимателей, программа «сырая»: деньги списываются сразу, а на обработку заявки уходит время, к тому же плохо совмещается с 1С и онлайн-кассой «Эвотор». Ремесленники не подкованы в технических вопросах, многие потратили немалые суммы на услуги IT-специалистов из-то того, что работа техподдержки давала сбои.
Непромаркированную продукцию продавать нельзя, за нарушение – штраф до 300 тыс. руб. Одновременно с этим предприниматели говорят о двойных стандартах. Например, на московском рынке «Садовод» и на петербургской «Апрашке» некоторые продавцы о маркировке даже не слышали. Но есть и те, кто аргументируют отсутствие маркировки правом торговать без нее.
На Апраксином дворе торговля без соответствующего знака качества и сертификатов стала уже традиционной. «Никто проверять не будет» – этим руководствуются продавцы Апраксина двора, продавая ежегодно товаров более чем на миллиард рублей. Найти на рынке легальный товар намного сложнее, чем нелегальный. Многих привлекает цена, которая ниже чем у легального бизнеса, о качестве при этом мало кто думает. А подобные продавцы с легкостью перетягивают внимание покупателей на себя и подрывают доверие к официалам, которые «задирают» цены.
Помимо продукции легпрома, которая продается без уникального цифрового кода, на рынке в ходу меховые изделия без чипов, контрафактный табак и алкоголь. Продукты питания, которые должны храниться при определенных температурных условиях, просто продают на улице. О сроках годности продуктов четкой информации тоже нет. Расцвет торговли на «Апрашке» пришелся на 2010 год, тогда на рынке работало около 5 тыс. предприятий и частников, четыре года назад – уже около 3 тыс. точек. Точное количество неизвестно: на рынке работают нелегалы, которые могут вести торговлю на протяжении нескольких недель или месяцев, а затем исчезать. Как таковых ответственных за борьбу с незаконной торговлей и контрафактной продукцией нет, периодически рейды устраивают полицейские. К концу сентября 2021 года рынок должен заметно опустеть. Из 170 тыс. «квадратов» 20 тыс. останутся без хозяев. Арендаторы смогут вернуться на места не раньше, чем через полгода. За это время ГБУ «Агентство по развитию имущественного комплекса» переоформит помещения на себя (ранее этими помещениями на территории комплекса распоряжалось АО «Апраксин Двор» в рамках договора доверительного управления, договор с которым истек в июне). Часть арендаторов покинула рынок еще в начале августа, сразу после получения предписания, остальные продолжают работать, и, вероятно, останутся торговать и дальше, но незаконно. Расселение рынка стало очередным шагом к его реконструкции, о которой говорят с 1993 года, но дальше разговоров дело не идет.