Бизнес-партнер унизил официантку на китайском языка: она ответила ему тем же – все были в шоке
История о том, как знание иностранного языка четко вписывается в контекст, когда человек работает там, где нужно быть немым как рыба.
В паназиатском ресторане воздух был густ от специй и дорогих духов. Даша чувствовала, как немеют пальцы ног – это была шестая смена подряд. Балетки натирали пятки до крови, но хромать было нельзя. Персонал здесь должен был скользить бесшумно, словно тени.
В кармане передника завибрировал телефон. Опять коллекторы. Долг за мамино лечение висел дамокловым мечом. Каждая смена приближала её к свободе лишь на крошечный шаг.
Администратор Артур закричал на Дашу, указывая на стол с Глебом Арсентьевым – королем логистики, человеком с репутацией хладнокровного разрушителя взглядом. Он предупредил, что если хоть капля соуса упадет мимо, то будут последствия.
Даша подошла к столу, соблюдая восточный этикет. Арсентьев сразу указал, какой чай хочет, и чтобы вода была именно восьмидесяти градусов. Даша знала, как заваривать этот чай, но мысли о пятилетней учебе в Китае и мечтах о дипломатии вдруг показались ей слишком далекими – здесь и сейчас требовалась сосредоточенность.
Когда она вернулась с чайником, один из партнеров Арсентьева, господин Чжан, взмахнул рукой, и струйка горячей воды попала на кашемировый джемпер Арсентьева. В ресторане воцарилась тишина. Холодный взгляд миллиардера был полон брезгливости, но он не закричал. Он спокойно высказался по-китайски, называя официантов идиотами.
Даша, стиснув зубы, ответила на том же языке, показывая, что знает, о чем речь. Она указала на неверный тон и объяснила, что работает за зарплату, а не за оскорбления. Артур был в шоке, партнеры остались изумлены.
Арсентьев оценил её хладнокровие и профессионализм. Он предложил ей работу – тест на синхронный перевод с гораздо большей оплатой. Даша отказалась работать на грубияна, но миллиардер понял, что перед ним профессионал и человек с хребтом.
Она оставила передник на стуле и вышла на улицу, сжимая визитку в руке. Страх сменился предвкушением нового полета. Завтра она заговорит полным голосом.