Модель из Беларуси рассказала о «яхте любви» с шейхам
51
«Когда я работала в Дубае, некоторые девушки, у которых были контракты с агентствами, должны были участвовать в «love boats». Как мне рассказывали, если это касается шейха, то, если ты ему понравилась, сказать «нет» ты не можешь». Элли Нова. Скрин видео: freekuhar / YouTube Гостем нового выпуска ютуб-шоу «Перетрем с Халезиным» стала белорусская модель и актриса Элли Нова. В модельный бизнес она попала, когда ей было 12 лет. В то время она жила в Минске. «Я после школы решила почитать газету и нашла там объявление о наборе в школу моделей одного белорусского модельного агентства. Я подумала, что это, наверное, что-то, чего я бы хотела в жизни». Деньги на обучение (200 долларов) ей дала бабушка. Про само обучение Элли вспоминает: «Я была ребенком, дылдой, которая ничего не понимает. Самый высокой в классе. В [модельной] школе я что-то рыпалась, не понимала кастинги, что происходят. Меня приглашали на них, когда приезжали европейские агентства. Меня спрашивали, говорю ли я по-английски, а я выучила только одно слово — so-so. Понятно, что такого ребенка никто никуда не отобрал». Однако позже девушка подписала первый контракт с агентством «Тамара». Но через некоторое время уехала — хотелось большего, чем может дать индустрия в Беларуси. О работе в Дубае Как модель Элли работала для нескольких больших французских Домов моды в Дубае. Одним из них был Louis Vuitton. «Когда компании выпускают коллекции, очень часто до того, как они доходят даже до самых крутых потребителей в Европе, эти коллекции летят в Арабские Эмираты, чтобы жены шейхов могли купить эксклюзивные коллекции. Нанимаются модели и организовывается шоу для трех, пяти, десяти человек», — рассказывает женщина. Элли замечает, что сама она как модель никогда не сталкивалась с какими-то неприятными предложениями, но уверена, что они есть. «Когда я работала в Дубае, некоторые девушки, у которых были контракты с агентствами, должны были участвовать в «love boats». Это когда шейхи или другие богачи приглашают к себе на лодку в антураж моделей. Как мне рассказывали, если это касается шейха, то, если ты ему понравилась, сказать «нет» ты не можешь. Были печальные истории в Дубае, когда с девушками происходили неприятные ситуации просто из-за того, что это оставалось совершенно безнаказанно», — рассказывает женщина. О съемках в кино Элли признается, что, работая моделью, она мечтала о карьере актрисы. Но в Дубае для реализации мечты не было возможности. Свой выбор она остановила на Лондоне. «Лос-Анджелес для меня далеко, потому что я хотела быть рядом с Беларусью. Москва — совсем не моя тема. Вот я и придумала, что Лондон — это очень круто. В тот момент, наверное, Вселенная меня услышал и подарила человека, в которого я очень сильно влюбилась. Оказалось, что он живет в Лондоне». Отработав девять лет в Дубае, Элли перебралась в Лондон и заключила там контракт с модельным агентством. Позже она окончила актерскую школу, где училасьс три года. Агентство, которое существовало при школе, предложило ей подписать контракт. Как вспоминает Элли, первая ее роль была в сериале о девушке, у которой сексуальное расстройство. Она играла барменшу в гей-баре. Среди последних ее работ — съемки в американском спортивном комедийно-драматическом сериале «Тед Лассо» (Ted Lasso). В «Тед Лассо» история была интересна тем, что я совсем не знала, что это за проект. Что-то про футбол. Я и футбол… Я получила эту работу. Сама для себя придумала, что не буду смотреть сериал до съемок, чтобы он на меня никак не повлиял, чтобы оставить свое внутреннее ощущение от того, как я хочу, чтобы было, а не от того, как это могло быть ожидаемым. После съемок я решила посмотреть и была очень удивлена, насколько это большой мировой сериал». Недавно Элли снялась в сериале «Undeclared war» («Необъявленная война») режиссера Питера Космински. По словам женщины, сериал о том, как российские интернет-боты и тролли штурмуют интернет-пространство других стран. Там она играла сотрудницу ФСБ. Во время разговора Элли отметила, что она гордится тем, что белоруска. По ее словам, чувство собственного достоинства у нее очень выросло после 2020 года. Женщина надеется, что в новой Беларуси будет возможность изменить ситуацию в белорусском кинематографе, чтобы он перестал быть «обслуживающим аппаратом» для российской киноиндустрии.