Казанская рапсодия Бетховена
Пора уже давно признать, что в нашей стране несколько культурных столиц. И одной из первых, безусловно, является Казань, где вопреки всем трудностям «пост-пандемийного» времени (уж позволим себе оптимистично немного опередить события!) прошёл во всех смыслах юбилейный Х Международный музыкальный фестиваль «Рахлинские сезоны» – событие, общероссийское значение которого уже не подвергается сомнениям.
Фестиваль был учреждён в 2011 году нынешним художественным руководителем и главным дирижёром Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан Александром Сладковским в память о выдающемся дирижёре и «отце-основателе» оркестра Натане Григорьевиче Рахлине. И сегодня можно смело говорить о «Рахлинских сезонах» как о полноценной творческой мастерской – исполнительской и образовательной. Собственно, устроители фестиваля во главе с маэстро Сладковским, не боясь трудностей, пошли по общеевропейскому пути развития современного фестивального движения, максимально расширяющего само понятие «музыкальный фестиваль».
Как раз и начнём с того, что в рамках «Рахлинских сезонов» проводились не только одни концерты. Целый цикл культурно-образовательных – подчеркнём ещё раз! – культурно-образовательных мероприятий прошёл совместно с Национальной библиотекой РТ при поддержке Министерства культуры Татарстана. (Официальное учреждение упоминаем не для обязательной галочки, а, так сказать, по зову сердца: уж слишком наглядно на примере Казани продемонстрировано, насколько важна для культуры в целом пресловутая государственная поддержка – настоящая, а не на словах.)
В этот «околомузыкальный цикл» входила презентация книги «Бетховен – значение творчества композитора для музыкального мира» немецкого философа, музыковеда, руководителя целого ряда фестивалей Дитера Рексрота, а также круглый стол на актуальнейшую и злободневную тему «Развитие классической музыки в условиях пандемии», который провела член Европейского культурного парламента Татьяна Рексрот.
«Мастерскую просвещения» представляли и мини-лекции перед концертами в исполнении ведущих музыковедов-специалистов. Публика принимала их с нескрываемой благодарностью. «Вот теперь я понимаю, о чём эта музыка!» – вдохновенно шепнул своему соседу в зале один явно не искушённый в классике слушатель.
Но настоящим «мостиком в будущее» стали мастер-классы «Школы культурной журналистики». В рамках «Рахлинских сезонов» она прошла впервые, и хочется надеяться, что отныне станет ежегодной, как и сам фестиваль. Характерно, что темы лектория, так или иначе относящиеся к Бетховену (именно ему были посвящены «Рахлинские сезоны-2021»: «бетховенское знамя» 250-летнего юбилея, так и не отмеченного как следует на родине композитора, успешно подхвачено Россией), поднимали и такие «футуристические» вопросы, как интеграция идей Бетховена в современную музыку. В частности, студенты, собравшиеся в аудитории библиотеки, ставшей с недавних пор настоящим полноценным культурным центром Казани, прониклись произведениями китайского композитора Джулиана Юя, «переведшего» бетховенскую музыку на китайский язык. С учётом участия в фестивале молодого пианиста из Китая студента третьего курса Казанской консерватории Вана Юйцяня, исполнившего на открытии фестиваля Первый фортепианный концерт Бетховена, можно отметить в нынешних «Рахлинских сезонах» отдельную «побочную» китайскую тему.
Но «Школа» включала не только выступления авторитетных музыковедов и журналистов, таких как главный редактор журнала «Музыкальная жизнь» Евгения Кривицкая и музыкальный обозреватель «Радио России» Ольга Русанова, но и подробный разбор «step by step» азов и принципов искусства журналистики для будущих акул пера. Школа в прямом смысле этого слова!
Но перейдём непосредственно к музыкальной – дирижёрской – мастерской. Перед казанской публикой были исполнены все симфонии Бетховена (кроме Девятой). Помимо открывающего фестиваль Александра Сладковского выступали ещё три приглашённых дирижёра из Германии: Марк Пиолле, Михаэль Гюттлер и Оливер Ведер.
Удивительно, насколько по-разному звучал оркестр с каждым из них! И в этом играл роль не столько характер музыки, сколько гибкость и мастерство самих оркестрантов.
У Сладковского – захватывающая энергия «бури и натиска» в «Эгмонте» и Третьей симфонии и в то же время необычайно чуткий аккомпанемент в ансамбле Первого фортепианного концерта. У Пиолле в Пятой и Седьмой симфониях на первый план выступала тщательно отработанная фразировка; дирижёр вроде бы смирял страсти, но с трудом сдерживал туго натянутую внутреннюю пружину. В целом изящно, легко и светло, словно нарочито подчёркивая «небетховенский» характер этой музыки, провёл Первую, Вторую и Четвёртую симфонии Гюттлер. Наконец, нерушимые веками образы «старинной» Германии привёз на берега Волги с Шестой и Восьмой симфониями поборник традиций Ведер.
Вот вам и ответ на вопрос профанов: для чего вообще нужен дирижёр? Можно сказать, что за всех на этот вопрос ответил Марк Пиолле, поделившийся также своими впечатлениями о том, как ему работалось с ГСО РТ: «Мои эмоции были на пике! После прекрасных дней, проведённых на репетициях, оркестр с необычайной отдачей реагировал на всё, что от него требовалось. Что-то, как мне кажется, было для музыкантов в новинку, но они всегда делали то, что нужно. У этого оркестра есть сильнейшее качество – групповое мышление. Большая редкость! Впрочем, это лишь одно из многих невероятных качеств прекрасного оркестра Татарстана, которое я для себя открыл».
И кстати, слова Ленина «изумительная, нечеловеческая музыка!» можно отнести не только к «Апассионате»!
Мария Залеская