Андрей Кузнецов и Михаил Делягин о поправках в Трудовой кодекс РФ, касающихся сверхурочной работы

10 февраля Государственная Дума приняла в первом чтении проект федерального закона № 1103297-8 “О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации” (о совершенствовании правового регулирования вопросов применения институтов сверхурочной работы и совместительства, сокращении избыточных требований при трудоустройстве и увольнении работников, оптимизации издержек работодателей). С докладом выступила заместитель Министра экономического развития РФ Татьяна Илюшникова. Вопрос задал депутат фракции СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ в ГД Михаил Делягин. От фракции выступил Андрей Кузнецов.

Михаил Делягин:

- Уважаемая Татьяна Александровна, правильно ли я понимаю, что этим законопроектом делается шаг к отмене, по сути дела, восьмичасового рабочего дня, разумеется, исключительно по просьбе трудящихся, как у нас принято, который просуществовал более 100 лет назад. И продвижению к введению 12-часового рабочего дня в условиях крупных корпораций и, соответственно, без учета реального состояния организма не предпенсионеров?

И учитываете ли вы при подготовке этого законопроекта, что в результате успешного, надо отдать должное, охлаждения экономики, у нас сейчас вместо нехватки рабочих рук начинает формироваться безработица, потому что очень большое количество вакансий и очень большое количество резюме при сжатии количества вакансий? Спасибо.

Татьяна Илюшникова:

- Значит, отвечая на первый вопрос. Нет, не означает, потому что вы прекрасно знаете, что у нас бывает форма организации труда – это и рабочий день, и смена, у нас бывают сокращенные форматы занятости, у нас бывают дистанционные форматы занятости. Знаете о таком феномене, в том числе, как и самозанятые, что в последнее время вообще приобрело характер ухода от трудовых отношений для того, чтобы не формировать права работников и экономить на уплате налогов с фонда оплаты труда.

Поэтому говорить о том, что у нас все работодатели придерживаются единого распорядка, и значит, ваш тезис распространяется на все виды занятости, ну, мы бы так не стали однозначно об этом говорить.

Что касается состояния здоровья. Ещё раз подчеркну, может быть, формат доклада, содержания законопроекта не позволяет там столь детально остановиться, но, как я уже сказала, только при согласии работника и при отсутствии медицинских показаний. Это что означает? Что у нас уже нормы в отношении диспансеризации, профилактических и периодических медицинских осмотров уже закреплены в законодательстве, и мы в своём законопроекте предусмотрели дополнительную возможность диспансеризации и медицинского осмотра за счёт работодателя и дополнительный день на диспансеризацию.

Поэтому если работник считает, и у него отсутствуют подтверждённые медицинские противопоказания, он не относится к вредным и опасным производствам, эта норма тоже не работает на эти сектора, чувствует в себе силы и возможности и нет… он согласен и нет медицинских противопоказаний, то, да, он может согласиться на сверхурочную работу. При этом, вы знаете, что фактически зачастую как бы и сейчас работники перерабатывают, но не получают должного юридического закрепления своих прав и не могут отстаивать, не всегда могут отстаивать возможность повышенной оплаты.

Поэтому, с одной стороны, мы работодателя не вгоняем в серую зону, с другой стороны, те работники, которые действительно согласны и могут в отсутствии медицинских противопоказаний сверхурочно работать, это же речь не идёт о том, что это ежедневный режим, то да, мы просто расширяем возможность и гибкость занятости.

Андрей Кузнецов (выступление от фракции):

- Уважаемый Александр Дмитриевич, уважаемые коллеги!

Конечно, данный законопроект можно охарактеризовать как очередную уступку в пользу работодателя, очередное наступление на трудовой класс, на трудящихся, потому что речь идёт о том, что как будто добровольно, но мы все понимаем, что все рычаги будут у работодателя для того, чтобы это сделать добровольно-принудительно. И рассказы о том, что увеличится количество в два раза внеурочной работы и за это будут платить больше, это тоже можно назвать иллюзией. Потому что мы с вами видим, например, точно такую же аномалию в бюджетном секторе, когда мы с вами повышаем оклады? Каждый год в связи с инфляцией. А в результате снижения стимулирующей надбавки бюджетники так и не получают должного дохода, на который мы рассчитываем. Происходит переливание, понимаете? Из-за одной простой причины. Вот данный законопроект – свидетельство деградации нашей экономики, потому что это надо работодателю.

Почему? У него сегодня, у работодателя, нет средств на то, чтобы вводить автоматизацию, модернизацию производства. Но у него есть средства чуть-чуть, может быть, чуть-чуть, чтобы за счет увеличения рабочей эксплуатации получать какие-то более высокие результаты. Это деградация, коллеги. Но тут можно рассуждать о том, есть ли у нас с вами выбор или нет выбора, да, в данной ситуации. Наверное, у работодателя выбора нет, потому что, с одной стороны, ему нахлобучили повышенную ставку Центробанка, он не знает, где взять средства на модернизацию и видит, в том числе мировую конкуренцию, и со стороны Китая, и со стороны всех остальных и по роботизации, и по всему остальному. Конечно, куда ему деваться? Он будет выходить с этими предложениями в наше Правительство.

Наше Правительство будет идти навстречу, как правильно сказал Михаил Геннадьевич, по просьбам трудящихся отнимать у них основное завоевание, я не знаю, может быть, целой цивилизации – восьмичасовой рабочий день. При этом будут, так сказать, всё время уговаривать и говорить, что это добровольно.

Какая разница, есть там профсоюз или нет профсоюза? Я вам привожу ситуацию в бюджетной сфере. Деградация происходит из-за недостатка средств. Недостаток средств из-за политики Центробанка. Здесь всё завязано в один узел.

Вопрос. Можем ли мы с вами это поддерживать? Наша фракция будет голосовать против данного законопроекта, потому что мы настаиваем на том, чтобы были найдены другие средства повышения производительности труда, не за счет того, что медицинские показания мы как бы не замечаем теперь. Да, согласен работник, и пусть он работает, хотя у него здоровье посыплется, у него будет депрессия, у него будет много чего другого, но он вынужден, он подписал… Он будет это делать, чтобы не потерять в целом работу.

Будут пересмотрены ставки часов для того, чтобы бюджет предприятия поместился в эти новые правила. Коллеги, это всё будет. И не будет особого прогресса. Да, мы заткнем, так сказать, проблему в производственном секторе на малое время, но в целом причина, которая ведет к этой деградации, она не устранена. И данные законопроекты, наступающие на права граждан, невозможно рассматривать в отрыве в целом от социально-экономической политики.

Поэтому, коллеги, мы голосуем против и призываем всех остальных.